Добро пожаловать в Амалирр!

Амалирр - это форумная ролевая игра. Тематика – альтернативное средневековье с элементами фэнтези. Если вы у нас впервые, воспользуйтесь Навигацией по форуму.

Конкурсы: Лучшие игроки месяца

3055 год IV Эпохи. По имперскому календарю месяц Цветен (апрель). Город-государство Турл-Титл оправляется после прохода по его землям чумы, вызванной неизвестным некромантом. В окрестных землях лютуют группы орочьих рейдеров и восставшие неупокоенные жертвы эпидемии.

В тавернах Титла ходит новая сплетня о целой деревне упырей, в которой днем люди как люди, превращающиеся ночью в жадную до плоти нежить. Эта деревня стоит на месте ровно сутки, чтобы на рассвете следующего дня бесследно исчезнуть и появиться снова, но уже в другом месте.

Для игроков заканчивающих квест или сюжет, время остается (Зима 3054).

ФорумПутеводитель по АмалирруКалендарьГалереяЧаВоГруппыПоискРегистрацияВход

Поделиться | 
 

 Деревенская околица

Предыдущая тема Следующая тема Перейти вниз 
На страницу : 1, 2  Следующий
АвторСообщение
Рассказчик
Путник
avatar


Нарушения : Чистая карма


Посмотреть профиль
СообщениеТема: Деревенская околица   Вс 15 Янв 2012, 22:18
Вернуться к началу Перейти вниз
Демон Знания
Сюжетный герой
avatar


Нарушения : Чистая карма


Посмотреть профиль
СообщениеТема: Re: Деревенская околица   Пт 15 Фев 2013, 22:40
Лесной лагерь.>>>>>>>>>>

К селу, как и было решено ранее – выдвинулись втроем: Парамон, Изольда и Лавейни. Причем, если отставной солдат и монахиня оделись примерно одинаково – под странствующих монахов, то Лавейни предпочел одеться в шкуры охотника-лесовика – это позволяло ему оставить при себе лук, потому что совсем без оружия было уж как-то совсем не удобно. Для порядка, все трое придумали себе отдельные легенды, на случай если судьба сведет их с лоссонскими солдатами. Парамон и Изольда решили выдавать себя за странствующих богомольцев. То, что они были разного возраста и пола ни капли никого не смутило бы. Как выразилась в лагере Изольда – во времена смут многие люди обращают свои помыслы к Богу и уходят в богомольцы целыми семьями. Лавейни представлялся бы простым охотником идущим в деревню дабы продать звериные шкурки, которые для полноты образа понавесли себе на пояс. При этом, «справедливщики» договорились что идут порознь, но на виду друг у друга и если кто спросит – друг друга они знать не знают. Околица Хорнкерста, к которой они вышли – почти вплотную примыкала к лесу, отделенная от него лишь старым гнилым забором, таким ветхим и редким, что на роль оборонительного сооружение не тянул даже с натяжкой. Ну подумайте, к чему крестьянам крепостной частокол в центре Империи, где даже дикари гноллы давно замирены приручены и замучены? Ну, в смысле… цивилизованы. К тому же через такой забор и удирать будет сподручней – его и хромой возьмет. Но, прежде чем войти в деревню, Лавейни не поленился залезть на росшую не далеко от забора высокую сосну, с вершины которой ему открывались сельские улочки и осмотреть их.
С высоты ничего подозрительного замечено не было. Крестьяне занимались своими повседневными делами: у колодца толпились женщины, пересказывая друг дружке последние сплетни, на центральной улочке похрюкивали свиньи, удивленно обнюхивающие своими пятачками местного пьянчужку, который вяло шевелился в полузамерзшей луже. Солдат в желто-синих сюрко. Как впрочем и других людей с оружием в деревне не наблюдалось. Зато за колодцем, возле ратуши стояла палатка торговца, приезжавшего в Хорнкерст примерно раз в неделю из Марена. Вот он то и нужен был лесным сидельцам. Закончив осмотр и быстро соскользнув по стволу вниз, Лавейни вкратце поведал своим спутникам все, что ему удалось разглядеть.
Знач так…— Выдал предводитель восстания, задумчиво почесывая пятерней не мытый волос. — Сейчас заходим в село. Бегло осматриваем еще раз и если все тихо я иду к торговцу. Это тот человек который нам нужен.
А если вдруг в Хорнкерст наведаются солдаты? — Задал резонный вопрос Парамон, — после Гнилой ладьи Тости наверняка проверит все села близ Бризингера. Тебя могут узнать.
Вернуться к началу Перейти вниз
Изольда
Прожженный авантюрист
avatar


Достижения :
Награды :
Нарушения : Чистая карма
Лик героя
Раса:: Человек (Тавантинка)
Ремесло:: Воинствующая монахиня - берсерк
Звание:: Справедливщик


Посмотреть профиль
СообщениеТема: Re: Деревенская околица   Вс 17 Фев 2013, 18:50
Когда выдвигались из лагеря, Изольда настояла на том, что возьмет с собой свою безымянную, но от того далеко не бесхараткерную, кобылку. А дабы наличие лошади при двух монахах никого не смущало, запрягли ее в ветхую четырехколесную телегу. В телегу юница припрятала свой меч, который считала атрибутом не только защиты, но и несения возмездия неугодным оку божьему. Так же в тележонку накидали мало мальски годные съестные запасы. Еще Изольда бросила в поклажу что-то из тряпья и все это накрылось добрым куском потрепанной рогожки. Лошадь долго противилась и не хотела совать морду в хомут, но настойчивая молодая богопослушница оказалась настойчивей.
Всю дорогу монахиня мерно шагая, держала в руках истертый молитвенник. Молчаливо шевелила губами перечитывая страницы и не докучала Парамону болтовней, которая была ей не свойственна.
Сейчас, оказавшись на месте, Изольда с некоторой отрешенностью во взгляде смотрела на Жака, переводила бесцельный взор на Парамона и обратно на Лавейни. В разговор не вмешивалась и по виду, витала где то в облаках, что в прочем не мешало девушке беспрекословно выполнять поручения и идти куда велено.



Вернуться к началу Перейти вниз
Демон Знания
Сюжетный герой
avatar


Нарушения : Чистая карма


Посмотреть профиль
СообщениеТема: Re: Деревенская околица   Ср 27 Фев 2013, 15:46
Обдумав слова Парамона, Лавейни вынужден был согласиться. Потому, решено было поступить так: Изольда и Парамон пойдут на Южную окраину Хорнкерста и будут следить за тем, чтобы с Бризингерской дороги не появились солдаты. Если появятся – Парамон должен был свистнуть
Не умею я свистеть! — Возмутился старый солдат. — Я вам не мальчишка сопливый!
Тогда просто ори. — Раздраженно посоветовал ему глава «справедливщиков». — Но по громче!
На том и порешили.

Далее Лавейни отправился на разговор с маренским купцом, а Изольда и Парамон отправились на противоположную часть городка….

Спойлер:
 


>>>>>>>>>>>>>Площадь.
Вернуться к началу Перейти вниз
Изольда
Прожженный авантюрист
avatar


Достижения :
Награды :
Нарушения : Чистая карма
Лик героя
Раса:: Человек (Тавантинка)
Ремесло:: Воинствующая монахиня - берсерк
Звание:: Справедливщик


Посмотреть профиль
СообщениеТема: Re: Деревенская околица   Ср 06 Мар 2013, 21:50
Улицы Хорнкерста не отличались живостью и жизнерадостной атмосферой. Смурные рожи недовольных крестьян едва ли уделяли внимание двум ряженым (точнее одному, ведь Изольда и вправду была монахиней) богомолам. Кому какое дело, кто нынче шастает по сельским угодьям, лишь бы не вооруженные отряды. Впалые очи монахини, в обрамлении темных кругов, печально созерцали этот тусклый мир.
Сложно было сказать, понимает ли девушка до конца цель своих деяний, или же действует по своим, лишь ей известным, наитиям. Кто знает, какие голоса диктуют ей как быть? Однако, не смотря на свою полоумность, Изольда уже успела прикипеть к справедливщикам своим тщедушным тельцем и душонкой. Лоссон въелся в ее разум кляксой яда и монашка была готова отдать жизнь в борьбе против этого беса, терроризирующего несчастный мирный люд.
Хрупкие тонкие пальцы с неухоженными грязными ногтями застенчиво теребили и без того потрепанный молитвенник. Стриженные волосы под горшок, с лысой лужайкой на макушке, слиплись засаленными прядями и мерно покачивались в такт девичьим шагам. Подол рясы, видавшей виды, уныло шоркал по мерзлой земле, навивая тоску на Парамона. Он то все понимал ясно и не страдал душевными недугами. Старый вояка знал, что на кону их жизни и благополучие всего Ундервуда.
Когда им надоело слоняться, как думала Изольда (на деле же Парамон выбирал удобную позицию, чтоб сразу заметить лоссоновский отряд), они остановились подле замшелой хибары, за ее забором кудахтали куры и слышалась возня.
Ван Батильд широко зевнула и заметила женщину, которая с трудом тащила два полных ведра. Монахиня поспешила ей на помощь и принялась попутно освещать ее сельскую безрадостную жизнь набожными напутствиями. Крестьянка успела пожалеть о том, что приняла помощь мальчишки (она приняла Изольду за молодого послушника) и только с горем пополам сумела от нее отвязаться. Перекрестив женщину в след, Изольда вернулась к Парамону, который выглядел напряженным и внимательно, хотя как бы и невзначай, вглядывался вдаль, сидя на месте возницы. Безымянная изольдина коняка настырно грызла лед, в надежде добраться до травки, буреющей под тонким слоем замерзшей лужи.
-Сюда движется конница-, негромко прозвучал голос монахини за плечом у Парамона. Она успела забраться в телегу поверх тряпья и села позади вояки. Когда старый солдат обратил свой взор на Изольду, то узрел, как бледный девичий пальчик тычет в сторону дороги, а на горизонте объявились черные точки, стремительно приближающиеся к Хорнкерсту. Но как понять, прятаться или ждать? Вдруг это солдаты Лоссона?



Вернуться к началу Перейти вниз
Демон Знания
Сюжетный герой
avatar


Нарушения : Чистая карма


Посмотреть профиль
СообщениеТема: Re: Деревенская околица   Сб 09 Мар 2013, 00:07
Парамон разом встрепенулся, оборачиваясь в ту сторону, куда указывала монахиня. Действительно, взрывая копытами рыхлый снег, к деревне скакала группа всадников, в развивающихся за их спинами тяжелых теплых плащах, которые они накинули поверх доспехов, так что нельзя было разглядеть их цвета. Зато было хорошо видно бряцающее у седел оружие и черные черенки копий в руках некоторых воинов. Служили ли они лорду Лоссону или нет – в любом случае появление солдат не сулило для «справедливщиков» ничего хорошего.
Изольда, — Дрогнувшим голосом произнес старый солдат. — Немедленно беги к Лавейни! Расскажи ему о всадниках. И ради всего Святого – уходите!

А Жак тем временем вел важные и судьбоносные переговоры о судьбе всего восстания в целом, начав с того, что подойдя к торговцу снял с себя капюшон и позволил тому разглядеть свою небритую физиономию. В другом представлении знаменитый Лавейни не нуждался.
Торговцу было достаточно лишь раз, взглянуть на него, чтобы узнать в заросшем бородатом мужике того юнца, которого он знал десять лет назад.
Прошу вас, проходите, сир. — Выдержав небольшую паузу произнес купец, откидывая перед лесовиком полог своей палатки. — Поговорим внутри без лишних глаз и ушей.
После чего, дождавшись, пока Лавейни скроется в его палатке, наказал своему приказчику следить, чтобы их никто не подслушал, шагнул в палатку сам, опустив за собой полог.
Вернуться к началу Перейти вниз
Изольда
Прожженный авантюрист
avatar


Достижения :
Награды :
Нарушения : Чистая карма
Лик героя
Раса:: Человек (Тавантинка)
Ремесло:: Воинствующая монахиня - берсерк
Звание:: Справедливщик


Посмотреть профиль
СообщениеТема: Re: Деревенская околица   Ср 13 Мар 2013, 19:39
Услыхав слова Парамона, Изольда растерянно захлопала обгорелыми ресницами (после пожара в монастыре не отросли еще) и зашлепала ртом, но так ничего и не сказала. Однако убегать без меча и лошади ей совсем не хотелось. Ведь коняка ей стала, как родная, не смотря на то, что и безымянная до сих пор. А меч ей вверил прелат Фьоххет и бросить ковыряльник, равносильно оскорбить уважаемого священнослужителя. Так ничего и не сказав, монашка захлопнула рот, словно опустила забрало шлема и быстро пошарив в телеге собрала добрый мешок, не забыв впихнуть в него сверток с мечом. Неуклюже спустившись с повозки, путаясь в подоле рясы, девушка испуганно посмотрела на всадников вдали, чьи силуэты уже были различимы. Конница приближалась.
- Л-лошадь отпустите, если совсем худо станет, она в лес, в лагерь придет-, вдруг неожиданно заикнулась монахиня, хотя раньше за нею такого не наблюдалось. Таки решила оставить животинку старому солдату, чтоб ноги унести успел ежели чего.
-Да хранит Всевышний Вашу душу-, едва не прослезившись выпалила девушка и перекрестила Парамона, после чего пустилась бегом, как и было велено. Рухнула, громыхая содержимым мешка, подобралась и снова побежала.
****
Посреди переговоров Лавейни с маренским купцом, в палатку ворвалась запыхавшаяся монахиня, а за нею стража с оправданиями. Мол не уловили, не уследили, она сама. А девушка, испуганно таряща глаза на Жака, скороговоркой пролепетала:
-Солдаты! Солдаты в городе, Парамон велел к Вам спешить и уходить, а сам остался!- Монахиня шмыгнула носом и раскрыв рот от отдышки вперила глаза на предводителя, в ожидании.
****
Когда конница въехала в город, их брыластый предводитель завертел глазами туда сюда и узрев ряженого стрельнул взглядом. Отряд конницы был о двадцати человек, все одоспешенные и вооруженные, выглядят матеро и грозно, однако цветов Лоссона на них не было. Может из предосторожности, может еще почему, на них вообще не было отличительных знаков. Крестьяне, кто дома не сидел, туда живо по прятались и захлопнули все ставни. Таким образом Парамон остался на улице один одинешенек, лошадь Изольды испуганно заржала.
-Ты что ли справедливщик?-, предусмотрительно не громко осведомился всадник, угрюмо глядя на Парамона.



Вернуться к началу Перейти вниз
Муиба
Путник
avatar


Достижения :
Нарушения : Чистая карма
Лик героя
Раса:: человек (мармарид)
Ремесло:: теперь уже воин
Звание:: справедливщик


Посмотреть профиль
СообщениеТема: Re: Деревенская околица   Чт 09 Июл 2015, 12:07
Два дня они были в пути и к утру третьего дня Муиба наконец узрел крепостные стены городка Хорн-Аллуит-его-как-то-там… Стены, честно сказать, не внушали. Они не шли ни в какое сравнение ни с каменными бастионами главного города неверных, ни с самым затрапезным из атраванских городков, которые имели каменные стены, или же не строили никаких стен вовсе. С такими же цитаделями как Алясбад или Белуджистан он местную крепость даже не сравнивал, так как это было бы оскорблением тех цитаделей. Просто кто-то поставил вокруг города деревянный частокол, с площадками наверху и деревянными башенками у ворот и по углам городка. Решительный штурм за ними не отбить, набег номмадийской орды не остановить. Так себе, только пересидеть пока враг грабит окрестности, в надежде, что ему не захочется возиться перебираясь через стену.
Войско справедливцев и союзников, остановилось на лесной опушке, на расстоянии десяти стрелищ (расстояние полета стрелы выпущенной из лука) от городка, не высовываясь из-за скрывающих их деревьев. Было решено дать воинам короткий отдых и подождать немного отставших стрелков. Попутно, дабы не терять времени даром, командиры собрались и еще раз уточнили план нападения, составленный еще в лагере. Задумка их была проста как две номисмы.
Пользуясь тем, что большая часть их отряда это воины примкнувших к Лавей-оке тарганов и одеты они так, как у неверных подобает быть одетым благородным воителям, планировалось не скрываясь, на быстрой рыси подойти к городским воротам и, перебив охрану, захватить их. После этого башни и ворота необходиом было поджечь, дабы никто не мог с них вести обстрел плавилени атаковать их. Вторая половина отряда, должна была напасть на дымящие в стороне от города плавильни в тот самый момент когда первая будет уже в воротах. Там они рубят всех кто не в цепях и с оружием, дожидаются союзников и совместно упаковав все ценное – удирают в лес. Если из города вышлют погоню – всадников должны прикрыть оставшиеся на опушке стрелки. На коне в лесу за пешим не очень-то разгонишься, а спешиваться и ловить лучников по кустам… хм… дубиной по чану получишь быстрее. На всякий случай, тарганы распорядились свалить несколько лесин вдоль дороги, чтобы лучники могли бы за ними укрыться.    
Если все пройдет как задумано, мы натянем Лоссону на нос его же подштаники! – Жизнерадостно объявили тарганы, рассаживаясь в седла.
Свои цвета они, кстати, предпочли снять, а рисунки зверей на щитах затянуть черной тканью. Это немного успокоило нервничающего и подозревающего предательство Муибу. Раз они не хотят особо проявлять себя в набеге, значит бояться наказания от мирзы и шаха неверных. Если бы в городе подждала засада на которую собирались навести Лавей-оку  – они бы не стали прятаться, а наоборот всячески выделяли себя среди остальных справедливцев. О своих подозрениях атраванец не говорил никому и потому мало кому был понятен его облегченный выдох, когда союзнички ускакали к городу. Да и кому бы он мог об этом сказать? Справедливцы были хоть и неверными, но честными и немного наивными парнями. Для них было достаточно когда тарганы добавляли к обещанию «Клянусь Честью» или упоминали каких-то неизвестных Муибе святых. Его бы просто не стали слушать. Та же Эзель сказала бы что он зря наговаривает на «честных» людей. Сразу вспоминалось как дотошно к клятве подходили на его Родине. В Атраване клятва не считалась незыблемой, если не была дана с рукой положеной на Книгу-Книг, с обязательным упоминаниема имени Аллуита и в присутсвии улле. Но как бы там ни было – не он здесь главный и не ему решать кому верить а кому нет. Все, что он может это лишь положиться на Аллуита и чутье Лавей-оки и Эзель. Скрипнув зубами и зыркнув в спину уходящим к городу всадникам, Муиба обернулся к Эзели и отправленному с ними десятку конных справедливцев.  
Па конам. – Сказал он глядя исключительно на монахиню, так как остальные слушали его команды крайне неохотно и всякий раз косились на деву-воительницу, будто за подтверждением.
Дальше им оставалось дождаться того момента пока от распахнутых настеж городских ворот, в которыхз скрылись тарганы, не донеслись крики и лязг.

_____________
Совместно с НПС
Вернуться к началу Перейти вниз
Изольда
Прожженный авантюрист
avatar


Достижения :
Награды :
Нарушения : Чистая карма
Лик героя
Раса:: Человек (Тавантинка)
Ремесло:: Воинствующая монахиня - берсерк
Звание:: Справедливщик


Посмотреть профиль
СообщениеТема: Re: Деревенская околица   Пт 10 Июл 2015, 08:51
Лесной лагерь->
Радости баронов Изольда не разделяла. Глядя, как вылетают комья грязи из под копыт их резвых лошадей мчащихся в сторону городских ворот, монахиня поймала себя на мысли, что отчего-то, сама того не понимая, она очень сильно волнуется.
– Па конам – услышала Изольда, поймав на себе решительный взгляд атраванца и не менее решительно кивнула ему в ответ, чуть дернув удила, заставляя свою лошадь развернуться к остальным справедливщикам. Та неохотно фыркнула, но все же развернулась в пол оборота, кося на лесовиков черным глазом.
Незаметно для всех, Изольда сглотнула ком слюны, собравшийся в горле, и ей показалось, что он с грохотом упал на дно ее доспехов, словно оборвавшееся с веревки ведро в пустой колодец, но, к счастью, через решетку забрала и слой металла ее волнение замечено вроде никем не было и монахиня со скрипом подняла забрало, чтоб вдохновить справедливщиков своей речью и дать им пример для храбрости, вот только, как на зло, слова никак не вязались.
- Братья мои, приготовьтесь - немного помедлив, молвила Изольда, перебегая глазами по лицам справедливщиков. - Всевышний да сохранит Вас от вражеской стрелы, и поможет отсечь нам длань Лоссона, простирающуюся по нашей земле, жадно пожинающую из нас все силы, все соки. Нет конца его ненасытности, алчности и коварству. Не гоже Вам, сынам справедливости больше прятаться и скрываться. Дадим отпор супостату, покажем ему нашу силу! Кха!- ударив лошадь в бока и с лязгом оголив меч, Изольда рванулась вслед за недавно ускакавшими баронами.
-> Плавильни Хорнкерста



Вернуться к началу Перейти вниз
Оливер
Путник
avatar


Нарушения : Чистая карма
Лик героя
Раса:: Человек (Вудман)
Ремесло:: Маг-Алхимик
Звание::


Посмотреть профиль
СообщениеТема: Re: Деревенская околица   Ср 25 Янв 2017, 10:02
(переход с – Поля вокруг лагеря "Бравенхольд")

Разговор зашёл на личные темы, и хоть подобного Оливер не любил, после молчания в пути даже этот вопрос волшебницы показался уместным:
А теперь ты мне скажи, Олли, у тебя есть цель в жизни? И да, ты так мне и не ответил, почему решил уйти из гильдии? – с неподдельным любопытством спросила девушка. Быть может она ожидала пространного рассказа о том, как учителя академии сдерживали таланты молодого человека? Хотела услышать, как он разочаровался в системе образования гильдии? Если это были её ожидания, то ответ их не оправдал:
Меня сложно учить, потому я избавил наставников от головной боли в своём лице. Я получил достаточно знаний, чтобы продолжать свой путь самостоятельно, а мой характер оказался кстати, и теперь за мной лишь приглядывают, предпочитая оставлять в покое – сухо изложил свои мысли алхимик, даже не глядя в сторону чародейки – Тем более, что я хотел уделить больше времени немагическим дисциплинам, вроде алхимии. Голлор для этого мало подходил, там все стремились к могуществу и потусторонним силам, не понимая, сколько всего сокрыто в обыденных вещах.
На этом рассказ парня довольно резко оборвался, отчего мог показаться незаконченным, но на деле, мысль свою Рич окончил. Аккурат к моменту как они вошли в деревушку. Рядом с Бризингером, Хорнкерст казался мелким, незначительным поселением. Такие порой выбирают ведьмы и колдуны, селятся где-нибудь неподалёку в пуще, а затем терроризируют население и строят свои козни, пользы от которых ни деревне, ни самим ведьмам нет. Или почти нет, тут Оливер не хотел сильно углубляться, возможно он знал слишком мало для того, чтобы делать какие-то выводы.
Уже на первой широкой улице, если протоптанную вдоль домиков дорогу можно так назвать, Рич приметил что-то похожее на постоялый двор, до него было довольно далеко, но равнинная местность позволила разглядеть приветливый красный флюгер двухэтажного здания. Редко кто строил в деревнях такие большие постройки, обычно это были ремесленники с их магазинами или владельцы таких вот «мест остановки», где иной путник за небольшую плату может остановиться в дороге.
Постоялый двор в небольшом селе частенько отличался от иной таверны со съёмными комнатами, там не было ни обеденной залы, ни стойки с приветливым хозяином, лишь пара лишних помещений для ночлега на втором этаже или в пристройке. Не самое приятное место, ведь чаще всего хозяева едва ли способны уследить за тем, что творится в гостевых, предпочитая ухаживать в первую очередь за личными помещениями.
Так или иначе, Оли почти сразу направил лошадь в сторону строения, даже не удосужившись посоветоваться с Динджин, да и к чему, это было отличным решением, как думал алхимик. Владелец мог не только предоставить кров и еду, но и рассказать последние деревенские сплетни, что в свете целей обоих чародеев было крайне необходимо!


Вернуться к началу Перейти вниз
Утер Манн
Приключенец
avatar


Достижения :
Награды :
Нарушения : Чистая карма
Лик героя
Раса:: Человек (Тавантинец)
Ремесло:: Орден Святой Инквизиции
Звание:: Капеллан


Посмотреть профиль
СообщениеТема: Re: Деревенская околица   Ср 25 Янв 2017, 22:16
Прошло несколько недель с инцидента в Холлвуде. Корстон и Леварье были призваны в Айронхерт, в то время как Утера Манна послали в Ундервуд, Хорнкерст. Правда, это больше походило на временное неофициальное отлучение от ордена, нежели на поручение инквизиции. Предстояло разузнать у местных жителей обстановку в округе и предпринять меры, если таковые потребуются, однако, явной опасности в области не наблюдалось, что подтверждалось отчетами паладинов, что были тут с дюжину дней ранее. Задание явно не для капеллана, что силой своей веры и тела сокрушал ересь всю свою жизнь, однако, может оно и к лучшему. Убивать нечисть и ведьм – есть святой долг слуги господня, но не каждый день среди них оказываются четырнадцатилетние девочки.  Юное создание, что было выращено матерью, которая посвятила себя тьме, пока муж хлопотал с торговлей. А что если её душу можно было спасти, взяв малышку в плен и отдав монахам, которые изгнали бы из неё скверну и наставили бы на путь божий? Кто знает, как могло все обернуться, но что случилось, то случилось. Так капеллан и покинул Холлвуд, прозванный местными детоубийцей и губителем старушки Гвен. Разумеется, преступления умерших были преданы огласке, а за главу семейства Гхерт даже проведена служба, ибо тот пал волей трагичной случайности, но крестьяне явно не захотели принимать правду.

Утер неспеша подъезжал к деревне с мрачным видом, погруженный в свои мысли, отчего и вовсе не замечал стука копыт. Поверх пластинчатого доспеха было одето сюрко с гербом Ордена Святой инквизиции, в то время как на поясе был подвязан молитвенник, так что во всаднике отчетливо угадывался слуга господень, а не просто путник или какой наемник, что забрел сюда в поисках заработка того или инога рода.

Как господь мог допустить падение столь юной девы, не дав ей шанса на искупление? Ведь я сам забрал его, отрубив малышке голову, когда та принялась за свои богомерзкие обряды…

Погода стояла чудесная, и под пение птиц капеллан понемногу настигал две фигуры впереди, всадников, что также направлялись в деревню. Вот только взгляд заступника веры был будто стеклянный, смотрящий вникуда, хоть местные красоты Ундервуда и были отрадны всякому страннику, но до них члену инквизиции явно не было дела. Благо, что кобыла, взятая в местном постоялом дворе, и сама знала дорогу к Хорнкерсту, а то не ровен час и заблудился бы Манн, что пребывал философской дилемме  с самим собой.

…Богомерзкие.  Неужели богу неугодно спасение заблудших? Но, ведь это наш долг перед Ним, и именно он своей дланью направлял меня тогда и каждый миг.

Слегка нахмурив брови, мужчина чуть пришпорил кобылу, набирая ход и стремительнее приближаясь к точке назначения. Предстояло ещё найти церковь в поселении, хотя она наверняка была в центре, но все же подвериться не помешает, ведь капеллан в этой части Ундервуда был впервые, а карты перед  дорогой он смог раздобыть лишь за прошлое десятилетие. Приказ из Айронхерта получил он уже после отъезда своих собратьев, которых вскорости призвали в столицу поручением гонца. Свое же поручение Утер получил днем позже, видимо, руководство сразу не смогло принять решение куда отправить деятеля правосудия, да и полученное поручение и вовсе не походило на поручение, так, формальность. Это даже можно было назвать отгулом, хоть в сознательной жизни Манна и не было такого понятия как «выходной». Тем, кто находит отдых в молитвах, они и не нужны, да и долг перед народом и господом сам себя не исполнит.

Видимо, душа её была все же столь черна, что Единый призвал её к ответу в свое царство, дабы та не натворила ещё больших бед. Да, так и есть, сомнения рождают слабость, слабость же отравляет нас, прокладывая путь греха перед нами, что способен привести лишь к мраку…

Утер почти пришел к извечному заключению, мол на все воля божья, но был прерван тем, что ощутил на губах нечто теплое и мокрое, стекающее уже и по бороде. Потянув на себя поводья, капеллан остановил лошадь, коя подняла столб пыли, и мигом снял кожаную перчатку с левой руки, которой и провел по лицу, после чего взглянул на то, что осталось на пальцах. Кровь, что пошла носом, теперь была и на перстах Манна, рассматривающий её уже вполне трезвым и осмысленным взглядом, восседая верхом на лошади. Алые капли, сияющие в лучах светила словно рубины, падали наземь с пальцев да на кобылу, и, слегка зажмурив глаза от солнца, служитель инквизиции вознес взгляд к небу, со вздохом произнося чуть хриплым от жажды голосом:
-И что ты мне хочешь сказать? Как мне толковать твою волю? – С этими словами Утер поджал губы, прикусив нижнюю, словно чего-то выжидая, но понимая, что сейчас он явно останется без ответа и ангелы со святыми не спустятся к нему, разъясняя суть бытия, впрочем, как и всегда. Все, что есть у людей – это вера и их деяния. Вера была крепка, но вот деяния… Манну нужен был не отдых в тихой глуши, а наоборот, действия, поступки и дела, что подтвердят высшее благо и помогут пройти через очередное испытание стойкости его убеждений. Таковых в жизни капеллана было уже достаточно, и до сих пор он одерживал верх. Да и сейчас дух его был крепок, хоть и под влиянием последних событий.  Все же в мире полно горя и ужасов, и чем больше их встречаешь, тем проще дается смирение, если, конечно, не утонешь в отчаянии. А Утер явно научился плавать в этом океане, в который его бросили барахтаться когда тот был совсем ещё мальчишкой, едва ли старше той бедной Луизы, что пала от меча праведника.

Вслушиваясь в птичье щебетанье  и шелест травы на ветру, что приятно освежал не только тело, но и разум, воин господень невольно усмехнулся невесть чему, а после вытер кровь с лица и с кратким возгласом «пошла», погнал кобылу к деревне. Даже если инквизиция и сослала Манна на передышку, дел могло найтись в поселении достаточно, и нести свет можно не только лишь мечом, но и просто, а даже не просто, а в первую очередь, благими деяниями и помощью страждущим, а такие всегда найдутся в каждом уголке Империи.

Господь направит меня, как и всегда направлял, ведь пути его нам никогда не будут ведомы, и мы можем лишь довериться ему.


Вернуться к началу Перейти вниз
Динджин
Пилигрим
avatar


Награды :
Нарушения : Чистая карма
Лик героя
Раса:: Человек (Тавантинка)
Ремесло:: Гильдейская волшебница
Звание:: Мастерица


Посмотреть профиль
СообщениеТема: Re: Деревенская околица   Чт 26 Янв 2017, 00:00
– Меня сложно учить, потому я избавил наставников от головной боли в своём лице… - подобно черствому человеку, алхимик поведал девушке о том, чем его не устроила гильдия и своей самодостаточности, а затем внезапно закончил свою речь. Динджин могла подумать, что он не закончил, но ее голову занимала другая фраза.
-Там все стремились к могуществу и потусторонним силам, не понимая, сколько всего сокрыто в обыденных вещах…
«Стремимся к могуществу? Рич, ты правда подводишь всех под одну гребенку?! В прочем, он имеет на это право»
  - девушка не стала высказывать подобных мыслей за сказанную фразу магом, отложив ее в голове, и даже наоборот решила поддержать его:
-Обыденные вещи…-  девушка произнесла эту фразу хотя и отчетливо, но по своему угасающе, словно вспоминая о значении сказанного, а после недолгой паузы продолжила:
- Оливер, сколько в мире изысканного и прекрасного, ты обращал внимание на это? – волшебница говорила взбудоражено и вдохновенно, медленно поворачивая голову из стороны в сторону и разводя рукой. Не дожидаясь ответа от спутника, колдунья тут же стала отвечать себе на вопрос:
- Шум прибоя морской волны, журчащий ручеек, бегущий подле горной речки или неистовая вьюга застилающая землю-матушку холодной белой простыней, а то и лютый морозец в таинственные зимние вечера и сколько еще неизведанного в этом мире? Но людям так важно, завладеть силой, только ради чего? –  Динджин воодушевленно описывала таинства горячо любимой ей природы, сопровождая каждый эпитет возникновением аналогичного магического потока, для достижения большего  эффекта представления картины, но как только ее речь зашла о человеческой алчности, то чарующий голос девушки стих и поник. Выдержав некоторое время, Динджин продолжила:
 -Я рада, что ты не такой, - приподнято завершила волшебница, когда те въехали в деревушку.
Деревенька изрядно отличалась от Гнилой ладьи, хотя бы наличием своеобразного порядка. Дома стояли друг напротив  друга, на достаточном широком расстоянии, имитируя некое подобие улиц, так, чтобы по таким дорогам могли проехать кони с повозками. Так или иначе, но Оливер молча двигался вперед навстречу двухэтажному строению, на вершине которого приветливо размахивал алый флажок. Алхимик, вероятно, сообразил, что постоялый двор будет не самым худшим вариантом для ночлега, но как бы там не было на одних доводах далеко не уедешь. С другой стороны, искать варианты получше, не имело смысла, в силу поздней ночи и потери времени, поэтому Динджин предпочла мысленно согласиться с выбором спутника.
«Хозяин крова, наверняка расскажет, что потребуется, дабы войти в курс дела. А уже завтра мы направимся к главе деревне, чтобы свериться с тем, что есть на данный момент. Даже если положение ухудшилось, то можно будет выйти на связь с гильдией Бризингера, дабы те помогли разрешить ситуацию. А уже те вышлют специально-уполномоченный отряд, чтобы урегулировать этот вопрос » - колдунья мысленно развивала ход еще не наступивших событий, уверяя себя в том, что в одном из исходов, но организация закончит этот дело.  Возможно, это и странно, но Динджин полагает, что гильдия магов, просто обязана заниматься подобными случаями и разрешать их. А так как, она сама является гильдейской волшебницей, то считает это своим прямым долгом, полагая, что обратным подрывает авторитет организации.


Вернуться к началу Перейти вниз
Оливер
Путник
avatar


Нарушения : Чистая карма
Лик героя
Раса:: Человек (Вудман)
Ремесло:: Маг-Алхимик
Звание::


Посмотреть профиль
СообщениеТема: Re: Деревенская околица   Чт 26 Янв 2017, 12:08
Обращал, хоть и порой недопонимал восхищения – буркнул алхимик – Многие восхищаются какой-то одной частью целого, будь то ручей, птица или растение. Восхищаются не понимая, не изучая всю картину, ищут чего-то, что уже у них под ногами – Похоже, что алхимика начало заносить в сторону философии, и он сам на мгновение поморщился от этой мысли, потому он резко сменил тон разговора – Я не говорю, что могущество было целью академиков, нет, но они не могли отвернуться от него ни на миг. Даже ты видишь красоту сквозь призму своих сил, тебе нравятся зимние бури, хрустящий снег, ледяные покровы и водные просторы, но ты не упомянула пляшущие огни костра, не сказала ни слова о шепчущей хвое или потрескивании сухих веток в заснеженных лесах…
В этот момент, магу стоило остановится, потому как в его словах, наверняка, приятного было мало, вот только сам Рич этого не замечал, продолжая гнуть свою линию как упёртый баран.
А ведь все эти вещи вполне могут скрываться за пеленой снегопада и скрываться под блеском ледяной корки во времена сильных заморозков, но ты их не заметишь, тебя увлечёт твоя стихия, её проявления. А ведь наш мир складывается из всего сразу, из разной красоты и разного уродства. И вся картина может быть куда хуже, а может и наоборот… Главное увидеть её целиком.
Оливер остановил лошадь у того самого неказистого двухэтажного здания и спешился, поправляя сумку на плече. Их встречало местами подгнившее крыльцо с видавшей виды деревянной дверью. Второй этаж, похоже, был пристройкой, он, подобно огромной пасти неведомого покорёженного монстра нависал над входной дверью, держась на трещащих от веса деревянных балках, бросая на улицу взгляд пустых глазниц-окон. Алхимик мягко провёл ладонью за ухом лошади, словно проводя некий ритуал, чтобы та не волновалась на новом месте, но, похоже, в этом не было никакой нужды.
Отведём коней на задний двор, не знаю, насколько твой строптивый, но давай не дадим им убежать. Думаю, там есть задняя дверь – спокойно произнёс алхимик, беря в руки узду.
Он обошёл здание слева, решив, что на солнечной стороне будет меньше деревенских сюрпризов, но как только он ступил на узкую тропинку вдоль левой стены, сапоги начали предательски хлюпать по мокрой земле.
Так и не свернув с выбранного пути, Оливер дошёл до небольшого огороженного навеса с пустыми загонами для лошадей. Само стойло едва ли отличалось по своей ветхости от дома хозяина, но это не сильно смутило мага. Он спокойно завёл кобылу в загон и слегка погладил её по носу, предполагая, что ей это понравится, но её похоже больше привлекли белые цветы, проросшие у одной из балок, державших навес.
Хорошенько привязав узду, алхимик довольно быстро двинулся в сторону примеченной двери, но даже не решился постучать. Он просто стоял и чесал затылок, разглядывая ручку дома и вслушиваясь в крики людей внутри.
Ты думаешь я просто могу впустить кого попало и даже не взять платы за ночлег! Убери свою дрянную капусту, торгаш, у меня этого добра и так валом! – надрывался внутри мужской голос.
Убедившись, что конфликт никак не затрагивал гостеприимство хозяина, а скорее относился к тому типу выяснения отношений, когда должник отказывается платить по счетам, алхимик постучал.
Его воображение тут же нарисовало план действий, вот он входит, сообщает о цели визита и спрашивает о стоимости ночлега, играя на явной жажде наживы владельца постоялого двора, которому так мил блеск золота, тонко звенящего в кармане алхимика.
Позвлите? Мы ищем крова и готовы за него заплатить – переходя сразу к делу, выпалил маг, открывая дверь во всю ширину.
Если заплатите за этого подонка, можете размещаться! – гневно рявкнул мужик, пока второй, с капустой в руках просто удивлённо моргал глазами.
Какова цена? – всё так же резко спросил чародей.
Три серебряных за койку, и того девять, если девчонка с тобой.
Ценник хозяин, естественно задрал, что было видно по его алчному взгляду.
Сойдёмся на семи?
Еда отдельно, комнаты сверху – буркнул в окончание разговора крестьянин – но деньги вперёд.
Оливер молча выудил из своей сумки пару монет, и положил на удачно подвернувшуюся тумбу, сразу направившись к лестнице на второй этаж. Надо было видеть, с какой жадностью владелец постоялого двора кинулся на серебро, тогда как алхимик быстро сообразил, что стоит задать новый вопрос:
Похоже, гостей нынче немного, неужели в Хорнкерсте всё так плохо?


Вернуться к началу Перейти вниз
НПС
Лицо в толпе
avatar


Нарушения : Чистая карма


Посмотреть профиль
СообщениеТема: Re: Деревенская околица   Пт 27 Янв 2017, 09:14
   А много их ни когда и не было.    Пожал плечами трактирщик    А после того, как мы ведьму сожгли, так спасу нет. То урожай гниет, то люд честный пропадает. А вам милсдарь какое дело-то? Вы лучше голову нашего поспращайте он вон тама.    Хозяин корчмы кивнул в сторону одного из столиков, за которым сидели пара здоровенный крестьян и более-менее приглядного вида мужичонка лет сорока пяти с первыми нотками проседи в тёмных волосах.


Вернуться к началу Перейти вниз
Динджин
Пилигрим
avatar


Награды :
Нарушения : Чистая карма
Лик героя
Раса:: Человек (Тавантинка)
Ремесло:: Гильдейская волшебница
Звание:: Мастерица


Посмотреть профиль
СообщениеТема: Re: Деревенская околица   Пт 27 Янв 2017, 14:37
По началу Оливер отвечал в привычной ему манере, по-прежнему рассказывая о опущении большинства в их мировоззрении, но затем алхимик перешел на личности и стал уверять волшебницу в том, что она ни на йоту не отличается от тех.
Я не говорю, что могущество было целью академиков, нет, но они не могли отвернуться от него ни на миг,
 - волшебница смиренно ожидала, когда маг закончит нести свою лепту и предоставит слово девушке, а сама оценивала, насколько Рич противоречит себе. Дослушав парня до конца, Динджин глубоко вдохнула и выдохнула, переваривая услышанное, но это было некоторое опущение с ее стороны, потому что данного делать не стоило.
-Рич, - спокойно, неторопливо и акцентируя в нужных моментах, начала колдунья, - прежде чем запрягать под одну узду каждого, - девушка на мгновения останавливалась, чтобы подчеркивать значение каждой сказанной фразы, научись не противоречить себе, - Дин говорила уверенно, ровным тоном и продолжала отвечать магу:
 - Если цель волшебников не могущество, то их взор устремлен не на него. Правда? Я смотрю через призму своей стихией не потому, что меня волнует сила, а потому что это мой жизненный выбор, как твой смотреть на картину в целом, благодаря пути в алхимии! – волшебница старалась раскрыть суть заблуждений Олли, комментируя те фрагменты, которые они не освятили в споре. Но приближаясь к самой истине сказанного магом, волшебница не сдержалась и указала тому на его опущение.
-Постигать каждый уголок своего дела, будь то жизнь или смерть, вода или огонь, а после передавать накопленные знания другим поколениям, вот, что важнее, чем власть. И к твоему сведению, маги воды, до этих самых пор, славились тем, что всю свою жизнь посвятили целительству и помощи другим, а ты своим противоречием возвел их каждое благо под властеимущих разрушителей!
Остальной путь маги брели молча, не вступая в словесные перебранки, видимо, осмысляя сказанное и услышанное каждым. Подобравшись к намеченной цели, путники остановили лошадей. Оливер тут же спустился наземь и отчетливо произнес:
– Отведём коней на задний двор, не знаю, насколько твой строптивый, но давай не дадим им убежать. Думаю, там есть задняя дверь.
Само строение представляло собой почти самый обычный деревенский домик, местами разваливающийся, местами подгнивающий, но тем не менее живой и жилой. Падающий свет из окон и слышимый шум, говорили о том, что люди в доме есть, а это значило, что поговорить за ночлег у магов получится.
Алхимик повернул налево и повел за собой кобылу, но сделав шаг по выбранной тропе, его сапоги увязли в грязи. Решив, что маг получил по заслугам, да и потому, что девушка не желала уподобиться Оливеру, колдунья взмахнула посохом и земля тут же стала сухой.
-Да, Оливер, смотреть через призму своих сил, - надменно проворковала девушка, указывая волшебнику на его промах.
Маги дошли до пустых конных загонов, над которым мирно свисал навес, а затем Дин загнав своего Громика в стоило, привязала его покрепче за поводья, чтобы тот не надумал прогуляться по деревушке и направилась в след за Олли. Оказавшись прямо перед дверью, волшебник не торопился входить, а наоборот молча ожидал чего-то. Немного погодя, Динджин поняла, что он слушает разговор мужчин внутри дома.
  -Ты думаешь я просто могу впустить кого попало и даже не взять платы за ночлег! Убери свою дрянную капусту, торгаш, у меня этого добра и так валом! – по окончанию громогласной речи, по ту сторону, алхимик постучал, а затем, открывая дверь, прямо с порога, завязал диалог с хозяином (по крайней мере, девушка предположила так) дома:
– Позволите? Мы ищем крова и готовы за него заплатить – коротко изъяснился Рич, открывая дверь шире и позволяя войти спутнице.
– Если заплатите за этого подонка, можете размещаться! – теперь уже срываясь на магов, огрызался хозяин.
 «Как грубо! Он даже не удосужился узнать, что за гости к нему пришли» - Динджин определенно не оценила подобное поведение человека, но перебивать Оливера не стала, решив, чтобы тот довел дело до конца.
– Какова цена? – по-прежнему торговался маг, стараясь оставаться лаконичным.
– Три серебряных за койку, и того девять, если девчонка с тобой, - аристократка уже успела отметить невежество хозяина, но когда тот позволил себе именовать леди знатного происхождения подобным образом, тут Акаквирира перестала молчать.
Сделав шаг вперед, она опустила капюшон и слегка помотав головой в стороны, поправила аккуратную прическу, собранную в хвост, одно лишь наличие, которой, ставило все по своим местам. Вторым шагом, девушка движением руки сняла свою дорожную мантию, представая перед всеми в своем изящном, цвета морской волны, платье.
-Держи, - грубым и повелительным тоном девушка адресовала фразу магу, бесцеремонно вручая накидку в его руки. Брови колдуньи грозно сводились друг к другу, а лицо суровело с каждым мигом. Новый шаг, навстречу хозяину, сопровождался перемещением Джадис из левой руки в правую, дабы наглец еще больше осознавал, кого он посмел оскорбить. Если бы Динджин не была магом воды, то она определенно ощутила, как выдохи Олли и остальных присутствующих выделяли самый настоящий пар, как зимой, при низкой температуре. А о том, что пальцы их ног и рук, стремительно замерзали, могли сказать только они, но этого не происходило. Оголенные руки мужчин покрывались от холода мурашками по коже, но это совершенно не имело значения для униженной особы. Подойдя на расстояние вытянутого посоха, Дин  заговорила, перебивая алхимика, который продолжал вести сделку:
-Слушай меня внимательно! Перед тобой находиться представительница знатного рода, леди Мунотонхора, по имени Акаквирира, гильдейская волшебница имперской гильдии магов…- низким и по ощущению наполненным холодом голосом, девушка направила левую длань на хозяина двора, который медленно соображал, что происходит и кто перед ним, трусливо отступая назад и чуть подрагивая, возможно, от холода.
- но, даже, если представить, на мгновение, что я закрою на это глаза, то именно в этот момент, ты смеешь оскорблять и требовать плату с тех, кто пришел на зов помощи ради вашего блага?! Посмотрим, как тебя будет оправдывать ваша глава. Отвечай, где его искать! – колдунья гневно сверлила глаза необразованного мужлана и вряд-ли она теперь так просто остановится.
-П-простите м-мою не учтивость, м-миледи, п-прошу. Он т-там. П-проходите, п-пожалуйста. С-с вас никакой платы н-не нужно, - заикаясь, хозяин съежился, трусливо пытаясь сгладить вину, но было уже поздно. Мужчина разозлил колдунью и разговоры, на данный момент, были самыми простыми мерами в арсенале волшебницы, по решению данных вопиющих вопросов.
-А теперь ты, Рич, - аристократка развернулась к алхимику, который молча взирал на происходящее, - Как ты смеешь вести торги, в то время, когда даму, которая тебя сопровождает, оскорбляют подобным образом?! Кавалер на твоем месте, давно присек бы это невежество, а благородных кровей и подавно вызвал на поединок! Но ты, Рич, позволил ему оскорбить меня, проигнорировать это и продолжить вести сделку! – девушка гневно причитала магу, не давая вставить ему ни слова, ровно до тех пор, пока не закончила свою речь, а затем не став слушать его и вовсе развернулась, в указанном  направлении трактирщиком.
Подойдя к столу, за которым сидели двое крупных мужчины, один из которых приподнялся, едва волшебница завершила речь, Динджин тут же заговорила:
-Кто из вас глава деревни? – требовательным тоном спрашивала аристократка.
-Это я.    Дверь, ведущая в заднюю комнату открылась и из неё показался здоровый мужик, размерами больше похожий на немалых размеров шкаф.

    Проходите, спасатели.    Едко произнёс он, демонстративно сплевывая на пол почти под ноги чародеям.
    Токмо нам от таких зазноб помощь за дарма не нужна, коли даже подыхать будем под забором.    Кривая лицо в гримассе отвращения процедил староста. Однако, заметив Утера голова деревни немного смягчился и махнул тому рукой, указывая на заднюю комнату, видимо служившую подобием его кабинета, не знамо с какой стати расположенного в корчме.
    И вас просим, господин инквизитор. Вы же по тому же вопросу, что и высоко родные маги?


Вернуться к началу Перейти вниз
Утер Манн
Приключенец
avatar


Достижения :
Награды :
Нарушения : Чистая карма
Лик героя
Раса:: Человек (Тавантинец)
Ремесло:: Орден Святой Инквизиции
Звание:: Капеллан


Посмотреть профиль
СообщениеТема: Re: Деревенская околица   Пт 27 Янв 2017, 17:28
Вот и подоспел Утер к первым домам деревни, одновременно с этим сбавляя ход кобылы да осматриваясь вокруг, дабы найти у кого спросить дальнейшую дорогу. Взгляд пал на компанию ребятишек лет десяти, что уже с любопытством рассматривали капеллана, о чем-то перешёптываясь между собой, стоя у обветшалого забора. Остановив лошадь, Манн поманил жестом одного из мальчишек, подзывая подойти к себе. Мальчик, с толикой паники оглядел товарищей, которые уже вовсю подталкивали его и тот нерешительно, но все же быстрым шагом направился к гостю Хорнкерста.
-Как тебя зовут, дитя?- Спросил Утер, когда ребенок оказался подле всадника, что взирал на него взглядом ясным и добродушным.
-Т-том, сын  Алана Барга, господин.- С нотками волнения в голосе, что звучал также тонко как и у девочки, отвечал сорванец, принявшись чесать и без того взлохмаченную шевелюру цвета сена.
-Где у вас церковь, Томас? – Поинтересовался мужчина, пока кобыла мирно стояла на месте, слегка покачивая головой. Чем и хороши лошади, принадлежащие постоялым дворам, так это спокойствием. Строптивых там не держат, ведь наездники у них то и дело разные, а буйный нрав в таком случае доброй службы не даст.
-По этой дороге езжайте, - указал мигом паренек на нужное направление рукой, наполовину обернувшись, - а там как увидите засохший дуб, не очень высокий такой, возле двора Гердеров, там направо свернете и к церкви так доберетесь. – Растолковал путь сорванец и нервно обхватил левую руку правой, слегка потирая ту, не зная как ему быть дальше.
-Спасибо, Томас Барг, сын Алана. Да хранит тебя свет создателя. – С легким кивком головы поблагодарил капеллан юное дитя, намереваясь уже пришпорить кобылу, как малец вдруг выпалил:
-А вы правда инквизитор?!
Услышав эти слова, заступник веры в недоумении вновь посмотрел на мальчика, наматывая на кисть поводья:
-Правда, Томас. Почему ты спрашиваешь? Неужто не похож я на служителя ордена?- с небольшой усмешкой спросил всадник.
Слегка замявшись и перетаптываясь с ноги на ногу, словно пытаясь обувкой своей что-то нарисовать на пыльной земле, Том продолжил мысль, пока его друзья поодаль наблюдали происходящее словно спектакль:
-П-просто были тут паладины инквизиции недавно.  Моложе вас, чуть старше моего старшего брата, он в кузне отцу помогает. Так они все такие в доспехах красивых, улыбались, шутили постоянно, будто… Будто рыцари какие при дворе, ну знаете, на турнирах таких всяких сражаются да титулованные. Ну рыцари. А ещё вина и прочих штук они пили столько, что наши пьянчуги по одному запаху говорили, чего и сколько те выпили, а толку не было от них… А вы прям, ну другой какой-то.- Говорил парнишка быстро, даже тараторил, а потому, когда закончил, глубоко выдохнул, начав осознавать, что только что назвал практически инквизиторов пьяницами, отчего глаза тут же расширились, а сердце в пятки ушло.
-Молодые пропоицы в сверкающих латах значит,-подытожил  Утер слова мальца,- не стыдно так тебе о членах Ордена Святой Инквизиции говорить, Томас?- Строго и с неким укором в голосе вопросил капеллан, вспоминая как и сам когда-то обвинял в грехопадении тех, кто того заслуживал. Но вот порочить орден было на грани богохульства, но ведь это же всего лишь ребенок – что видит, то и говорит, а потому тут же предположил капеллан, что были посланы сюда новопосвященные, решившие продолжить празднование столь знаменательного для них события. А описание снаряжения, да манера поведения говорили о том, что были те из домов знатных, в которых чаще гордятся титулом, нежели готовностью к делам и исполнению долга.

-Что вы, господин, я в-вовсе н-не хотел сказать н-ничего такого. У нас тут напасти какие творятся, а те и не слушали нас, мол деревенщина мы, да не знаем ничего. А, а у нас тут и мертвые порой из могил встают. Ну вот мы с друзьями и подумали, что вас послали сюда, потому что те бестолковые были, простите, я н-н-не т-то сказать хотел…-тут же осекся паренек, почувствовав, что только что он забил себе последний гвоздь в гроб.
Пару мгновений спустя, Манн выдохнул и обратился к сыну кузнеца:
-Осторожнее выбирай слова впредь, дитя, и помолись обязательно о том, чтобы язык твой без костей тебя до беды не довел. - С каждым словом Утера малец словно съеживался от страха, хоть мужчина  старался быть вести себя мягко, ребенок все же. Да и подкинул он пищу для ума, для которой понадобятся еще и приправы, в виде подтверждения слов, но это уже в церкви. Однако, подзатыльник Томасу Манн все же отвесил, пусть запомнит, что следует подбирать слова в зависимости от того что и кому говоришь. Капеллан зла не держал, но вот уж лучше голова у мальца поболит и запомнит он урок, авось лучше молитвы поможет. Береженого бог бережет, как никак.
Юный Барг, готовясь уже просить о прощении, тотчас схватился за голову, а в глазах появился блеск от слез, но была попытка извинений прервана инквизитором:
 -Но за твою искренность и смелость тебе воздастся. Господь благосклонен к каждому, в ком находится место для подобных качеств, - с этими словами путник извлек из мешочка на поясе медяк да бросил его Тому, - распорядись этим по уму.
Мальчик, вытирая слезы рукавом льняной рубахи и переставая хлюпать носом, подобрал монету, проводив взглядом капеллана, что уже вовсю поскакал к церкви, в то время как его компания тут же подбежала к нему да начала вопросами заваливать, так как не весь диалог им довелось расслышать, а зрелище для них было то ещё.
 

Свернув у засохшего дуба направо, Утер вскоре уже подъезжал к церкви, подумывая о том, что после долгого пути не отказался бы от хрустящего макового пирога. Деревня же выглядела не столь хорошо, как представлял себе мужчина - Хорнкерст явно переживал не лучшие времена, что отчетливо читалось и в лицах местных крестьян. Ноги слегка онемели и чувствительность те потеряли, отчего походка была отчасти забавной, видимо долгая езда верхом сказалась, а потому, наконец достигнув здания слегка обветшалой от времени церкви, капеллан с облегчением спешился, привязывая поводья кобылы к забору, а к прибывшему уже направился священник преклонного возраста. Длинная седая борода и венчик волос вокруг  тонзурки походили словно на кольца срубленного дерева, по коим без труда можно было посчитать возраст, знать бы только ещё когда богослов начал бороду свою отращивать.
-Приветствую вас в Хорнкерсте, не так много гостей нас посещает в последнее время. – Поздоровался старец с незнакомцем, который уже закончил с лошадью и обернулся к встречающему, отчего старец наконец приметил одеяния инквизиции.
-Капеллан Ордена Святой Инквизиции Утер Манн. – Представился мужчина, в знак приветствия преклонив голову.
- Отец Габриель,- в свою очередь ответил священник, жестом руки приглашая гостя пройтись, - и что же ордену Святой Матери нашей Церкви вновь понадобилось в наших краях? – Поинтересовался священнослужитель, неспешно ступая по земле вместе с инквизитором.
-Как и всегда мы несем службу во имя Его. - С этими словами, Утер на ходу достал из цилиндра на поясе свернутый свиток с поручением ордена, который и передал священнику, - на сколько мне известно, паладины, что были здесь ранее не обнаружили угроз, но я бы хотел лично взглянуть на копии их отчетов, что они должны были оставить вам, перед их отбытием. Да и успел я уже услышать не лучшие вести.
-Время нынче беспокойное само по себе. После Бризенгерской резни и битвы на поле близ города, часто мертвецы теряют покой и восстают из могил, - старик пожал плечами, - слишком много испытаний для наших земель, но вера наша непоколебима, - дед тяжело вздохнул и с этими словами остановился, глядя на Утера глазами усталыми, но светлыми, - есть ещё кое-что. Некогда у нас жила ведьма, она была сожжена на костре самими жителями, но её наследие напоминает всем нам о своей хозяйке. – С печалью в голосе поведал Габриель, развернув свиток с поручением от ордена и бегло просматривая его содержание.
-Покой мы увидим лишь в царствие небесном. – Смиренным тоном произнес Утер, размышляя о том, что паладины понесут наказание за свою халатность. Определенно нужно взглянуть на их отчеты и сообщить в столицу о беспечности для проведения внутренней проверки.
-Кто обычно разбирается у вас с нежитью и что же случилось с ведьмой? Просто сжечь еретика не достаточно, чтобы избавиться на земле нашей грешной от его пребывания в той или иной степени. Сомневаюсь, что крестьяне справились в свое время должным образом.
-Раньше у нас не было проблем с нежитью, доблестный каппелан. Всему виной восстание бушевавшее в Ундервуде последние годы, - старик тяжело вздохнул, - но они редко беспокоят нас и крестьяне вполне справляются сами, но что делать с проклятьем ведьмы из нас ни кому не ведомо... – На этих словах священник протянул свиток обратно владельцу, который тот час же убрал его обратно в цилиндр на поясе, переваривая полученную информацию и интересуясь о подробностях:
-Какого рода напасть постигла вас от этой нечестивой женщины?
-Вам лучше обратится к главе поселения, уверен, что он все вам разъяснит. Полагаю, что в скором времени вы его в корчме отыщите, там же и остановитесь, к сожалению, у меня не найдется для вас свободной кельи, да и службу пора начинать, так что прошу меня извинить, капеллан Манн. Ах да, за отчетами паладинов вам лучше заглянуть к нам завтра, я все подготовлю.
-Конечно, отец Габриель. Да хранит вас бог.
-Да хранит вас бог, капеллан.



Вот и поговорили. А может орден послал меня не на отдых, а в качестве дознавателя, решив, что недавно пообщавшись с одним из них вплотную, и я смогу его роль исполнить? Вряд ли, сор из избы инквизиция не выносит, а поручать подобное капеллану, да и ещё не прямым приказом… Нет, руководство наверняка не знало о проступках молодняка. Хм, видимо придется давать показания или же с местными поговорить пришлют  уже самого дознавателя. Что ж, сейчас это дело обождет… Ведьма значит…
 
С этими мыслями Утер уже снова оседлал коня и направился по деревенским улочкам к корчме, уточнив путь у пузатого пьяницы, который всем своим видом пытался изобразить перед инквизитором трезвенника, и получалось у него из вон рук плохо, особенно его попытка очистить от грязи некогда белый фартук. Но это паства отца Габриеля и с божьей помощью избавит он от греха  бедолагу, ну а Манн же сосредоточился на делах более неотложных.  Проехав  еще с десяток домов, капеллан добрался и до корчмы, в стойлах которой и оставил лошадь, отвязав от седла свой дорожный скарб, с которым и направился  шагом уверенным и размеренным к входной двери заведения, из-за которой слышался невнятный гомон, походивший на крики. В трактирах и тавернах подобное есть дело вполне обыденное, однако, когда уже Утер потянул дверную ручку шум вроде как стих, ну и хорошо.
Войдя в помещение, которое показалось излишне прохладным, мужчина поправил на плече дорожную сумку и направился, как он полагал, к хозяину корчмы. Мужичок выглядел поприличнее большинства собравшихся и выглядел как-то… Взволнованно.
-Ин-инквизитор? Не иначе сам господь послал вас к нам вы как раз вовремя, мало нам мертвых ведьм, так ещё и заявляются тут всякие к нам, но вы то уж… - тихо принялся жаловаться мужичок, чтобы до ушей колдуньи его причитания не дошли.
Тарабарщину хозяина двора капеллан остановил жестом правой ладони, а то уж только за порог ступил, и полилась на него новая порция новостей. Прям не деревня, а настоящий базар, только и успевай слушать о слухах и происходящем. Очевидно, в Хорнкерсте явно есть чем заняться защитнику веры. Но сначала надо все разложить по своим местам и уже решать что и в какой черед предпринимать. С проклятьем разбираться, если таковое имеется, с гостями проблемными провести нравственную беседу или же отчитаться перед орденом о проступках новопосвященных. Да и бог его знает, что ещё тут выяснится к наступлению ночи.
Подождет койка с трапезой. Надобно дела прояснить да поговорить с кем-то более рассудительным, нежели этот запуганный трактирщик.
-Пошлите кого-нибудь к управителю вашему да доложите, что инквизиция ищет с ним встречу как можно скорее.- Твердо и спокойно распорядился мужчина, расправив спину, что слегка захрустела – надо было все же сделать пару привалов по дороге.
-Так вон же он, - указал владелец двора на здоровяка, что вышел из комнаты к двум незнакомцам, - и колдунья эта из графских со своим пажом, уж вы то с неё как следует спросите.  – Пробубнил недовольно обиженный трактирщик, слегка сотрясая воздух указательным пальцем, намекая на строгость.
Переведя взгляд в указанную сторону, капеллан застал презабавную картину, а до слуха доносились обрывки фраз, которые то ли вносили ясность, то ли ещё больше перемешивали в кашу последние вести.
   Проходите, спасатели.    Едко произнёс глава, демонстративно сплевывая на пол почти под ноги чародеям.
    Токмо нам от таких зазноб помощь за дарма не нужна, коли даже подыхать будем под забором.    Кривя лицо в гримасе отвращения, процедил староста. Однако, заметив, Утера голова деревни немного смягчился и махнул тому рукой, указывая на заднюю комнату, видимо служившую подобием его кабинета, не знамо с какой стати расположенного в корчме.
    И вас просим, господин инквизитор. Вы же по тому же вопросу, что и высокородные маги?
Маги? Значит и хилый парнишка в лохмотьях тоже маг, а не паж. Час от часу не легче. Испустив смиренный вздох,  путник воспользовался приглашением, отвечая и представляясь:
-Капеллан Ордена Святой Инквизиции Утер Манн, и мне не терпится узнать что же здесь забыли, - на этом моменте мужчина сделал короткую паузу, оглядывая парочку, - гильдейские маги.
Гильдейские маги, что честной народ уже до дрожи довели, хотя, только лишь сами прибыли сюда, судя по всему.
Остановившись у двери, за которой уже скрылся глава, капеллан жестом пригласил войти и деятелей волшебства, попутно с этим позволяя себе более подробно оценить, кого же послал сюда господь в сей час, полный неразберихи и событий, коих Манн совсем не ожидал, направляясь в Хорнкерст.


Вернуться к началу Перейти вниз
Оливер
Путник
avatar


Нарушения : Чистая карма
Лик героя
Раса:: Человек (Вудман)
Ремесло:: Маг-Алхимик
Звание::


Посмотреть профиль
СообщениеТема: Re: Деревенская околица   Пт 27 Янв 2017, 19:04
События развивались стремительно и крайне неблагоприятно. От происходящего явно становилось не совсем уютно, что к тому же подкреплялось разбушевавшейся силой колдуньи. Последняя, к слову, не стеснялась в проявлениях своего могущества и уже во всю угрожала хозяину корчмы, сбросив на руки Оливеру свою верхнюю одежду:
Слушай меня внимательно! Перед тобой находиться представительница знатного рода, леди Мунотонхора, по имени Акаквирира, гильдейская волшебница имперской гильдии магов… – начала скандировать чародейка, перебрасывая в руках посох, пока помещение медленно наполнял неприятный холод – но, даже, если представить, на мгновение, что я закрою на это глаза, то именно в этот момент, ты смеешь оскорблять и требовать плату с тех, кто пришел на зов помощи ради вашего блага?! Посмотрим, как тебя будет оправдывать ваша глава. Отвечай, где его искать!
Такой подход явно возымел эффект на хозяина постоялого двора, отчего тот в ужасе начал лепетать, заикаясь через слово от холода, а может и от страха:
П-простите м-мою не учтивость, м-миледи, п-прошу. Он т-там. П-проходите, п-пожалуйста. С-с вас никакой платы н-не нужно – промямлил он, пока волшебница успела переключиться на самого алхимика.
А теперь ты, Рич, – всё больше распаляя свой гнев произнесла девушка – Как ты смеешь вести торги, в то время, когда даму, которая тебя сопровождает, оскорбляют подобным образом?! Кавалер на твоем месте, давно пресёк бы это невежество, а благородных кровей и подавно вызвал на поединок! Но ты, Рич, позволил ему оскорбить меня, проигнорировать это и продолжить вести сделку!
Такой поворот и вовсе заставил алхимика обречённо вздохнуть, так, словно только что Динджин в прямом смысле слова подставила его перед кем-то важным.
Решив лишний раз не портить отношения с окружавшими его людьми, маг подошёл к трактирщику и вложил ему в ладонь двенадцать монет, сопроводив это спокойной фразой:
Я поговорю с ней, похоже у неё был слишком трудный день. Простите её, если сможете, а сдачу оставьте себе.
После этого он повернулся в сторону чародейки, подходя ближе к столику, за которым сидел голова. Реплику своей спутницы он благополучно пропустил, зато во всей красе успел оценить реакцию потенциального работодателя:
Проходите, спасатели – едко произнёс он, демонстративно сплевывая на пол почти под ноги магам.
Токмо нам от таких зазноб помощь за дарма не нужна, коли даже подыхать будем под забором – Кривая лицо в гримасе отвращения процедил староста. Однако, заметив некоего облачённого в латы мужчину голова деревни немного смягчился и махнул тому рукой, указывая на заднюю комнату, видимо служившую подобием его кабинета, не понятно почему, но расположенного в корчме.
И вас просим, господин инквизитор. Вы же по тому же вопросу, что и высоко родные маги?
Что дольше? Угроза церковнику? – подумал Рич, смеряя новоприбывшего взглядом – Едва ли ему сможет хоть кто-то перечить.
Однако всё это осталось лишь в мыслях, на деле же, алхимик слегка склонил голову в знак приветствия. Инквизитор же поспешил представиться:
Капеллан Ордена Святой Инквизиции Утер Манн, и мне не терпится узнать, что же здесь забыли, – на этом моменте мужчина сделал короткую паузу, оглядывая парочку, – гильдейские маги.
Думаю это мы сможем выяснить позже, а пока, обсудим куда более беспокойные вещи, если конечно моя спутница позволит провести этот разговор в спокойном тоне – как можно более учтиво выдавил из себя Оливер. Ему с трудом давалась дипломатия, но, похоже, сейчас он был единственным, кто мог сгладить впечатление от визита Сиятельной Леди Мунотонхора, по имени Акаквирира Динджин.
К слову, последней он передал мысленное послание, подкрепив его магией разума. Слышать его могли только Оливер и Дин, отчего в эмоциях маг не стеснялся, начав разговор с циничного укола:
Многоуважаемая Леди Мунотонхора, по имени Акаквирира, не мните меня своим кавалером и заступником, я не брал на себя эту роль, и впредь, постарайтесь не ГРОБИТЬ ОТНОШЕНИЯ С ТЕМИ, КТО МОЖЕТ НАМ ПОМОЧЬ, И КОМУ СОБРАЛИСЬ ПОМОГАТЬ МЫ! – последняя фраза должна была прозвучать в мыслях девушки громогласно и чётко, словно бы её выкрикивали совсем рядом, со всех сторон, после чего тон вновь сменился на спокойный – Меньше всего нам нужны проблемы с местным населением, которое может дать нам необходимые сведения о происходящем, посему, пусть Леди Мунотонхора на время нахождения в деревне отключит своё высокомерие и сосредоточится на деле, а не на оскорблениях окружающих, не каждый из них осведомлён о голубизне её крови.
В том, что девушка его выслушает до конца, Оливер был не просто уверен, но точно знал, что её умений в области магии разума не хватит, чтобы пресечь этот разговор. Впрочем, Рич рисковал получить ледяной глыбой в лицо прямо на месте, но виду не подавал, считая риск оправданным.
Ещё раз кивнув голове деревни, алхимик вошёл в небольшое помещение и встал у ближайшей стены, оценивая убранство комнаты.


Вернуться к началу Перейти вниз
НПС
Лицо в толпе
avatar


Нарушения : Чистая карма


Посмотреть профиль
СообщениеТема: Re: Деревенская околица   Сб 28 Янв 2017, 00:04
Староста дождался пока за последним из посетителей не закроется дверь, после чего прочистил горло и начал говорить, напрочь проигнорировав речь более "приземленного" мага, родовитость которого явно не пудрила тому мозги за фактом своего отсутствия(или более хорошего воспитания?), но об этом голова задумываться не стал, хотя после того, как наместник сменился сравнений удавалось избежать разве что слепо-глухо-немому безрукому и безногому калеке, проведшему последние годы в спасительной забвении. Эта самая Акаквира(или как она представилась?) напоминала старосте дворян времён сира Лоссона, в общем, вызывала она не самые приятные ассоциации с самого своего первого слова.
    Сталбыть так.. Вам всем интересно чего у нас такого тут творится?    Мужчина смотрел исключительно на капеллана, чтобы содержаться и не выдворить магов из деревни ко всем чертям, а в гильдию не послать гонца со словесной жалобой на Этого Рича и Акаквиру, дабы гильдейские приструнили своих адептов.
    Творится, значится, у нас самая настоящая, прости Единый, дьявольщина
.. То тишина гробовая на деревню падет, аж голоса своего не слышим, то люд местный пропадает, то мерещится всякое...    Мужчина вздрогнул, будто воспоминания страшили его    А иной раз, аккурат в четвёртый день седмицы призрак ведьмы той на хуторе нашем завывает.. Происки Сатаниэля, не иначе.    Тут мужество старосты его немного подвело и он опустил голову, после чего поднял её на церковника. В глазах главы читался откровенный страх перед напастью и немая просьба о помощи.
    Уж если вы, госпадин инквизитор не сдюжите, то пр даётся некроманта богомерзкого искать, не иначе.


Вернуться к началу Перейти вниз
Динджин
Пилигрим
avatar


Награды :
Нарушения : Чистая карма
Лик героя
Раса:: Человек (Тавантинка)
Ремесло:: Гильдейская волшебница
Звание:: Мастерица


Посмотреть профиль
СообщениеТема: Re: Деревенская околица   Вс 29 Янв 2017, 20:58
-Токмо нам от таких зазноб помощь за дарма не нужна, коли даже подыхать будем под забором, - с полным отвращения и презрения взглядом, процедил староста, приглашая их в свое расположение, которое каким-то чудом оказалось в этом же доме.
«По началу, требуют платить за кого-то еще, вместо принятия, оскорбляя всех подряд, а затем вновь оскорбляют и указывают на свою гордость. Действительно?»
-И вас просим, господин инквизитор. Вы же по тому же вопросу, что и высоко родные маги? – глава смотрел за спины Олли и Дин, жестом приглашая в первую очередь служителя господня.
«Инквизиция? Хм. Совпадение или воля Божья?» - девушка обернулась, чтобы взглянуть на идущего навстречу неизвестного и разглядеть его. Высокорослый, с длинными русыми волосами, до плеч, и бородой, человек, облаченный в доспехи с отличительным знаком Ордена Святой Инквизиции. По годам, он спокойно мог сойти за отца Дин. Инквизитор представился и тут же поинтересовался, по коему случаю здесь оказались волшебники.
-Капеллан Ордена Святой Инквизиции Утер Манн, и мне не терпится узнать что же здесь забыли, - сделав короткую паузу и оглядев волшебников, инквизитор продолжил, - гильдейские маги.
– Думаю, это мы сможем выяснить позже, а пока, обсудим куда более беспокойные вещи, если конечно моя спутница позволит провести этот разговор в спокойном тоне – Оливер проявлял учтивость, отвечая на вопрос инквизитора и отмечая долю негодования по отношению к Динджин. После чего в голове колдуньи, прозвучало следующее:
-Многоуважаемая Леди Мунотонхора, по имени Акаквирира, не мните меня своим кавалером и заступником, я не брал на себя эту роль, и впредь, постарайтесь не ГРОБИТЬ ОТНОШЕНИЯ С ТЕМИ, КТО МОЖЕТ НАМ ПОМОЧЬ, И КОМУ СОБРАЛИСЬ ПОМОГАТЬ МЫ! – фраза, касаемо отношений, прозвучала в голове девушки так, словно Рич стоял за спиной и кричал ей в ухо. На мгновение, Дин собиралась ответить рыжему лису, за сделанный им шах, но здравомыслие перебороло эмоции и волшебница обратила свой взор на вторую часть фразы.
«Не мужчина значит?! Запомню, Рич» - выдыхая, отметила для себя аристократка, а затем Рич продолжил, но уже более спокойно:
– …пусть Леди Мунотонхора на время нахождения в деревне отключит своё высокомерие и сосредоточится на деле, а не на оскорблениях окружающих, не каждый из них осведомлён о голубизне её крови.
Девушка анализировала услышанное от Рича, в своей голове, и в одном она была с ним согласна, что маги пришли помогать крестьянам. С другой стороны, Рич глубоко заблуждался, относительно поведения девушки.
«Зуб за зуб. Око за око» - древний принцип, которому учили ее с тех пор, когда она попала в гильдию, хотя Эллен не одобряла эту позицию и говорила ей так:
-Не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую, - Динджин любила и уважала свою наставницу, но чаще руководствовалась  развитым чувством справедливости. Хотя порой, она усмиряла бушующие эмоции и поступала согласно традициям водных магов, внимая голосу милосердия. Дождавшись подходящего момента, когда глава и инквизитор не будут смотреть в сторону магов, Дин легонько кивнула головой своему спутнику, сигнализируя о своих намерениях, но некоторые моменты, позже, она еще обсудит с ним.
-Сталбыть так.. Вам всем интересно чего у нас такого тут творится? - старейшина смотрел только на инквизитора, словно остальных гостей здесь не принимал.
-Творится, значится, у нас самая настоящая, прости Единый, дьявольщина…-
мужчина вздрогнул и опустил голову, после чего вновь поднял её на церковника. В глазах главы читался откровенный страх перед напастью и немая просьба о помощи.
-Уж если вы, госпадин инквизитор не сдюжите, то придаётся некроманта богомерзкого искать, не иначе.
-Вашей деревне пришлось застать, далеко, не самые светлые времена, староста, но каждое создание Божие заслуживает уважения, справедливого отношения к себе и помощи, - Динджин говорила полным спокойствия голосом и даже чуть тише, чем обычно, показывая, что услышанное ей далеко не безразлично, а наоборот, важно. Но чтобы подтвердить сказанное, не достаточно было слова, а вот приложенное действие, в виде прощения, дабы доказать окружающим, что девушке важнее мирная жизнь крестьян, нежели перебранки:
- Прошу простить меня за пылкий нрав, позабудем обиды и с вашего позволения Глава и вашего инквизитор Манн,  предлагаю объединить наши усилия, чтобы избавить жителей этого славного селения от напастей, выходящих из тьмы, - девушка приложила правую руку к сердцу и чуть жалобно взглянула на главу, в тот момент, когда просила прощения, а затем, протянула руку вперед, оторвав ее от груди, и легонько собрала  ладонь в кулак, притянув к себе.


Вернуться к началу Перейти вниз
Утер Манн
Приключенец
avatar


Достижения :
Награды :
Нарушения : Чистая карма
Лик героя
Раса:: Человек (Тавантинец)
Ремесло:: Орден Святой Инквизиции
Звание:: Капеллан


Посмотреть профиль
СообщениеТема: Re: Деревенская околица   Пн 30 Янв 2017, 17:35
-Творится, значится, у нас самая настоящая, прости Единый, дьявольщина… То тишина гробовая на деревню падет, аж голоса своего не слышим, то люд местный пропадает, то мерещится всякое... - Староста вздрогнул, будто воспоминания страшили его.
-А иной раз, аккурат в четвёртый день седмицы призрак ведьмы той на хуторе нашем завывает.. Происки Сатаниэля, не иначе.

Тишина значит… Видимо что-то гонит прочь местное зверье, а вот люди и видения уже интереснее, а вместе с воем по расписанию так и вовсе занимательно. Объяснений тут может быть множество и большая их часть мне совсем не по нраву.
Утер стоял пред главой деревни, внимательно слушая того да раскладывая в голове слова его по полочкам, дабы все последние вести, полученные ранее от отца Габриеля и мальчишки Томаса, сложились в общую картину.
Никто ничего толком сказать не может, либо слишком напуган, чтобы поведать правду. Да что тут творится? Стоит ли оно внимания или же просто роскозни?

-Уж если вы, госпадин инквизитор не сдюжите, то придаётся некроманта богомерзкого искать, не иначе. - Как только старейшина закончил, капеллан слегка усмехнулся, сжимая рукоять топора, что покоился на поясе, так крепко, что аж кожа на перчатках затрещала.
-Некроманта говоришь? – вопросил тихо Манн, делая шаг к крупному мужчине, что был едва ли не больше самого защитника веры, - да за подобное якшанье я лично высеку тебя кнутом пред всей деревней! Не мудрено что с такими помыслами Хорнкрест гниет в скверне, ежели их глава самолично готов еретика в свой дом принять, вместо того чтобы праведностью и мудростью своей привнести свет на порученные земли и в души своей паствы!- Последнюю часть свой тирады инквизитор уже чуть ли не кричал, стоя нос к носу со старостой.
-Вы, господин инквизитор, поди навидались уже всяких всякостей... - Спокойно проговорил голова, рядом с ним нарисовались ещё пара мужиков - Но и мы не быком шиты, и Резню Бризенгерскую видели, когда кровь ручьем по столице текла. И поле бранное, на котором трупоеды пировали, но вот чтобы такого... - он неопределенно махнул рукой.
Эва как он переменился, то дрожал как лист осенний, а теперь храбреца из себя строит?

-А коли вы, как и маги, будите нам тут воду баламутить, то справьтесь отцу Габриэлю об отбытии и вертайтесь все откуда пришли. - После небольшой паузы проговорил староста.
-Молокососы ваши уже показали, как их обучили люд простой защищать. - Недовольство явно нарастало. За спиной Утера открылась дверь и там замаячили крепкие фигуры мужчин.
-И если уж вы, госпадин инквизитор, того же теста человек, то ступайте с миром, ни к чему нам тут конфликты. Мы наместнику весточку пошлем, нынишний-то хоть меры предпринимает.

Да как ты смеешь, выродок Хорнкерстский! Сначала молит о помощи, а теперь гонит после своего же богохульства? Либо он идиот и не ведает что творит, прости его за это господь, либо… Либо здесь интрига, коя ничего хорошего не сулит. Ну ты свое сейчас получишь.
Рука Утера крепче сжала рукоять, а с языка уже было готово слететь слово Божье, дабы на место поставить старейшину. Кучки крестьян, что пусть даже и войну повидали с мелкой нежитью, инквизитор явно не боялся, отнюдь, их поведение лишь разжигало праведный гнев.  Но капеллан был прерван:
-Вашей деревне пришлось застать, далеко, не самые светлые времена, староста, но каждое создание Божие заслуживает уважения, справедливого отношения к себе и помощи, - подала вдруг голос волшебница, - прошу простить меня за пылкий нрав, позабудем обиды и с вашего позволения Глава и вашего инквизитор Манн,  предлагаю объединить наши усилия, чтобы избавить жителей этого славного селения от напастей, выходящих из тьмы.

Решила проявить благочестивость? Неужто такая праведница? Хм, скорее уж не хочет чтоб за ведьму считали, магией же владеет как никак, да и видимо то её причитания я слыхал пред входом в корчму. Да и бог с ней, права ведь, здесь я чтоб народу помочь, а глава этот… И до него черед дойдет.
Слегка склонившись к уху старосты, святой муж тихо проговорил, стараясь чтобы слышал лишь собеседник:
-Ещё подобное слово и предстанешь пред судом божьим прямо на земле.- В этот раз голос Утера был уже спокойнее, гнев мужчина обуздал, ведь смирение есть путь праведников, однако в каждое слово он вкладывал воспоминания о своих деяниях, так что звучал он крайне убедительно. Рука с топора сошла к молитвеннику, на коем красовалась печать основателя ордена Клевина Благочестивого и, сняв потрепанное временем писание, капеллан ткнул им в грудь верзилы.
-Вы видели кровь, но не дьявола. Вы видели нежить, но не ужасы, что скрываются во тьме. И уж поверьте на слово, так как не дай бог вам с этим столкнуться самим, пред ликом этой скверны вы с вашей братией едва ли окажетесь лучше молодняка, что был послан сюда, но они свое ещё получат. Так что же вы сделаете? Отвергните церковь и орден, опорочив все, что имеете, или же дадите вестникам господним освятить эти земли Его милостью?!
Староста поиграл жевлаками, после чего так же спокойно ответил:
-Вы все здесь чтобы разговаривать или дело делать? О награде поговорим позже. – С этими словами староста прошел мимо всех прочь из своего же кабинета, оставляя магов и инквизитора.
Болван вздумал порочить орден и богохульствовать? Что ж, когда с чертовщиной будет покончено, мы поговорим и познает он на себе справедливость от имени господня.
Чуть поджав губы, капеллан сопроводил наглеца взглядом, пока спина того не исчезла из виду, после чего плотно закрыл дверь да направился к столу, приложив палец к губам, тем самым давая понять чтобы кудесники заклинаний пока что обождали с речами. Сев на деревянный стул, Утер водрузил на добротный массивный стол молитвенник, что все это время так и был у него сжат в руке. Подняв глаза к присутствующим, капеллан вновь их оценивающе оглядел.  Девушка лет двадцати иль может двадцати пяти в благородных одеяниях, да и осанку держит аки дворянка, видать и впрямь из дома знатного, да и речи говорить умеет. Миловидная особа, жаль будет если пожрет её скверна. А парень? Да такой же юнец, только в лохмотьях. Оба браниться не хотели, что и неудивительно, дай повод и крестьяне с вилами да факелами на магов пойдут, а староста их будет в первых рядах. Глядя на тощее лицо Оливера, капеллан вдруг увидел как у того начали закатываться бледно-голубые глаза, а в шее появилось несколько ран, что уже сочились кровью и более того, в ранах что-то было грязно-желтого цвета, который даже скорее стремился к оттенкам коричневого. Все вокруг остановилось, а капеллан все смотрел на Оливера взглядом лишенным всяких эмоций...

-Как думаешь, Утер, куда упыри подевались? – спросил Генри, что шел с обнаженным мечом рядом с новопосвященным в авангарде отряда.
Солнце уже встало и лучи его местами пробивались сквозь плотные облака, мелькая то тут, то там словно зайчики. Да и погода была чудесна в целом, лишь вонь смерти и разложения вместе с тишиной портили славный день близ лавидийских озер. Отряд паладинов под руководством капеллана Кошре уже обнаружил то, что осталось от торговцев, и теперь осторожно исследовал окрестности. В воздухе висело напряжение и всей группе было как-то не по себе, будто бы наблюдали за ними со всех сторон, только вот никого кроме них и не было рядом, или же их попросту не было видно?
-Да господь его знает. – Ответил Манн, на чьем лице была лишь короткая щетина, паладину из лавидийской прецептории, обеими руками плотно обхватывая секиру.
-Надеюсь, что укажет он нам путь. – Всё не унимался Генрих, ступая впереди всех и явно нервничая, откровенно говоря, в его голосе даже слышалась некая дрожь.
-На бога надейся, да сам не плошай - по сторонам гляди лучше.
-Эй вы! Тихо там! – еле слышно шикнул на болтунов Кристофер.
Обернувшись на миг, Манн коротко кивнул, возвращая взор к дороге, как вдруг из ниоткуда выпрыгнула тварь, повалившая Генри наземь, а со всех сторон раздался утробный рев, леденящий жилы, и замельтешили силуэты, источавшие смрад смерти.  Время словно замедлило свой ход и во всей красе давало узреть начавшееся сражение, точнее бойню. Однако разглядеть его было Утеру не суждено, все будто бы плыло перед ним и походило скорее на нелепую мазню горе-художника, который пролил на холст графин воды. Прогнав наваждение, паладин Манн резко вознес топор над шеей вурдалака, который распластался над товарищем и дрыгался словно портовая шлюха под моряком. Рубящий удар и лезвие вонзилось в шейные позвонки, застряв меж костей. Потянув древко на себя, служитель инквизиции стащил с товарища богомерзкого ублюдка и узрел… Узрел лицо, навеки застывшее от ужаса. Взгляд бледно-голубых глаз взирал вникуда, а в шее застряли прогнившие зубы монстра, из под которых сочилась кровь, освежая траву, словно утренняя роса.

Воспоминание ушло так же внезапно, как и пришло. Кровь исчезла, ровно как и зубы из шеи, а пред капелланом стоял Оливер, а не Генрих, живой и невредимый, и леса не было, всего лишь помещение в корчме. Потерев переносицу большим и указательным пальцами правой руки, инквизитор размышлял…
Мы тогда совершенно не знали, что нас ожидает. Да и после были неприятные сюрпризы, которые стоили славным людям жизней. Каждый день, ты посылаешь нам испытания, но что мы можем? Можем? Нет… Как далеко мы готовы зайти ради того, чтобы несчастные могли уйти в царствие твое когда придет их срок, а не когда их растерзает тьма? Как далеко мы готовы заглянуть во мрак во имя спасения? На бога надейся, да сам не плошай… Не прошло и пары часов, как ты вновь показал мне кровь, сначала мою, а теперь и это...

Кажется, прошла уже пару минут с того момента как инквизитор жестом показал магам молчать и уселся за стол, но слова он так и не проронил, лишь неспешно водил пальцами по красной печати на молитвеннике, что был под левой рукой. Лик его был мрачен, а брови плотно сдвинуты вместе, казалось, что вот-вот они оживят и обратятся пикирующей птицей, что несется за своей добычей. Прикрыв очи на пару мгновений, Утер открыл их и устремил взор к печати, словно пытаясь решить какую-то неведомую головоломку, что терзала его вечным ускользанием ответа. Вся ладонь в этот момент легла на молитвенник, и капеллан увидел на кисти своей рубец. Он не помнил откуда тот взялся, но, судя по виду, был довольно свеж. Однако, все тело инквизитора представляло собой один сплошной шрам под одеждой, так что упомнить откуда на его теле тот или иной след он уже и не мог - слишком много было сражений, как с тварями, так и с сомнениями.  Но сейчас капеллана заботили не отметки прошлых сражений, а нынешнее положение Хорнкреста. Надо было уже что-то решать и предпринимать, кто знает, сколько ещё людей пропадет пока будут выясняться обстоятельства.
Призвать собратьев из ордена? Да пока тут гонец сыщется да хорошая кобыла уже изрядно времени пройдет, нет. В конце концов, вдруг от этих двоих толк будет? Кажется, благополучием деревни они озабочены поболее старосты. Но они же совсем юнцы, даже не знают, что их может поджидать. И я не знаю наверняка… Но представляю, а значит выясню. Уж слишком много было павших просто из-за отсутствия деталей, но не в этот раз, да простит меня господь.
Подвинув молитвенник чуть в сторону, слуга господень принялся решительно рыскать по столу старейшины, но тут же остановился и произнес, подняв взгляд к магам:
-Говорите. - Вполне добродушно распорядился Манн, отмечая, что доселе незнакомцы не соизволили представиться, после чего возобновил поиски, кои увенчались успехом в виде чистого листа пожелтевшей бумаги и пера с чернильницей. Немного подождав и всматриваясь в молитвенник, Утер словно пытался решиться или же просто отсеивал мысли свои через сито благочестия – со стороны так и не скажешь, но при этом он внимательно слушал гильдейских магов.
Вооружившись орудиями писцов, инквизитор принялся что-то старательно выводить на пергаменте, периодически глядя на парочку волшебников и продолжая свое дело. Он вроде бы что-то писал, а может даже и рисовал – понять было сложно, но речи гостей Хорнкреста сопровождались размеренным скрипом пера.
Кровь…Всё, что нам нужно, лишь кровь… Как далеко мы готовы заглянуть во мрак во имя спасения?


Вернуться к началу Перейти вниз
Оливер
Путник
avatar


Нарушения : Чистая карма
Лик героя
Раса:: Человек (Вудман)
Ремесло:: Маг-Алхимик
Звание::


Посмотреть профиль
СообщениеТема: Re: Деревенская околица   Пн 30 Янв 2017, 20:53
Словесная перепалка инквизитора и деревенского старосты не была интересна Оливеру, скорее про себя тот успел отметить, что не только Дин может похвастать горячим нравом. Благо его слова до неё дошли, и та проявила настоящие чудеса дипломатии и спокойствия, чем даже заставила алхимика слегка улыбнуться.
«Так гораздо лучше» – про себя отметил он, не транслируя своих мыслей девушке.
Дальше же последовала минутка размышлений для инквизитора. Манн был уже не так молод и явно видел куда больше обоих волшебников, возможно он станет сотрудничать, церковники его возраста прекрасно понимают, что во многих вопросах помощь чародея может быть полезна, даже если она неприятна.
Всё время, пока Утер гладил свой молитвенник, буравя взглядом самого алхимика, Рич мысленно прокручивал в голове вновь и вновь речи деревенского головы. Картина складывалась неприятная, и, возможно куда более сложная, чем могло показаться сначала. Скорее всего ведьма оставила после себя некое посмертное проклятие, Оли слышал, что подобными трюками могут порадовать опытные некроманты, чем же ведьма хуже? Подкрепив такие чары парой ритуалов можно устроить сущий ад там, где ведьма погибла! Но ведь описанные старостой явления разные, не похожие друг на друга: тишина, пропадание людей, призрак ведьмы. А ведь это лишь то, что успел рассказать старшина.
Полагаю, после наших высказываний в корчме, местные будут относиться к нам настороженно какое-то время. Мы могли бы начать с осмотра мест, где они видели необычные явления – разорвал наконец молчание алхимик – Сначала минимум вопросов, максимум наблюдения, чтобы жители осознали, что мы пришли помогать, а не портить с ними отношения. После, можно опросить очевидцев, узнать где в поселении чаще происходят странности, и сузить поиск до этого направления.
Чародей пытался говорить спокойно и не скатываться в тарабарщину с различной колдовской терминологией, однако не был до конца уверен, что церковник воспринимает его речи всерьёз. Тем не менее, он продолжал:
Нам будет полезен ваш опыт, капеллан Манн, и наши знания, так мы сможем узнать больше. В последствии, можно положиться на ваш статус в общении с жителями, с вами они будут более открыты и откровенны – маг на минуту прервался – это лишь предложение, если у вас есть план получше, можем обсудить и его…


Вернуться к началу Перейти вниз
Динджин
Пилигрим
avatar


Награды :
Нарушения : Чистая карма
Лик героя
Раса:: Человек (Тавантинка)
Ремесло:: Гильдейская волшебница
Звание:: Мастерица


Посмотреть профиль
СообщениеТема: Re: Деревенская околица   Ср 01 Фев 2017, 22:41
Волшебница и представить себе не могла, насколько своевременным оказалось ее вмешательство, поскольку инквизитор постепенно разгорался праведным огнем от речей старосты. Дин лишь молча наблюдала за происходящим на ее глазах, проводя анализ на счет новоявленного капеллана.
-Некроманта говоришь? Да за подобное якшанье я лично высеку тебя кнутом пред всей деревней!  – Утер медленно и уверенно сближался к человеку, который по его мнению, допускал себе непростительные разговоры, пред ликом священнослужителя, намереваясь пресечь данное на корню и переходя на повышенный тон. Дин и совсем позабыла о том, в какой степени божьи послушники религиозны в своем служении, но завидев реакцию церковника, она очнулась из забвения так, словно ее будили холодной водой в лицо. Неприязнь волшебницы лежала в основе кудесницы, из древней устоявшейся позиции инквизиции относительно магов, которая веками уничтожала всех обладателей дара к колдовству, без веских доказательств на враждебность таковых, и до этих самых пор продолжает свое дело. Страх стал последствием из предыдущего, лишь потому, что инквизиция имела огромное влияние и власть во всем мире, противопоставить которой, почти никто не мог. Динджин понимала, что ни титул, ни гильдия не защитит ее от фанатиков, если те сочтут ее своим врагом, а потому осознавала, что перечить церкви нельзя. По крайней мере, до тех пор, пока под рукой не окажется влиятельного покровителя или стать ей самой, хотя и понимала, что добиться истинной справедливости будет невероятно трудно.
-Вы, господин инквизитор, поди навидались уже всяких всякостей. Но и мы не быком шиты, и Резню Бризенгерскую видели, - несмотря на нарастающее напряжение, глава отвечал спокойно распрям святого отца и более того, демонстративно изображал из себя бывалого смельчака.
«Лишенный здравого ума человек…Одно, когда плюешься дворянам, магам, но совершенно другое инквизиция…Во всем мире известно, что с ними шутки добром не кончаются» - девушка молча недоумевала от поведения старейшины Хорнкерста, наблюдая затем, как будут разворачиваться события дальше и не встревая. Но сам факт подобного, ее изрядно беспокоил потому, что подобный поворот может вызвать ряд вопросов в гильдии, которые придется расхлебывать именно ей.
-А коли вы, как и маги, будите нам тут воду баламутить, то справьтесь отцу Габриэлю об отбытии и вертайтесь все откуда пришли.
 - После небольшой паузы проговорил староста.
-Молокососы ваши уже показали, как их обучили люд простой защищать. И если уж вы, госпадин инквизитор, того же теста человек, то ступайте с миром, ни к чему нам тут конфликты. Мы наместнику весточку пошлем, нынишний-то хоть меры предпринимает.
Переговоры, явно, выходили из под контроля и этому свидетельствовали появившаяся, позади магов и капеллана, пара крепких крестьян, а глава продолжал переходить дозволенные рамки, позоря перед собравшимися Орден Святой Инквизиции.
«Если сейчас не перевести их в другое русло, то добром это не закончиться» - именно в этот момент и вмешалась Дин, а через некоторое мгновение инквизитор чуть склонился к уху старосты, тихо сообщая ему о чем-то.
Можно было подумать, что главе деревни просто плевать на слова служителя Божьего и тот лишь продолжал:
-Вы все здесь чтобы разговаривать или дело делать? О награде поговорим позже. – с этими словами староста прошел мимо всех прочь из своего же кабинета, оставляя магов и инквизитора.
«Что такого ему сказал церковник, отчего грубиян покинул свой собственный кабинет?»
Капеллан смиренно следил за тем, как владелец комнаты покидал ее, а затем рыцарь сам прошел мимо магов и плотно закрыл дверь. Некоторое время церковник молча внимал, кто перед ним,  указывая жестом на соблюдение момента тишины, но вскоре, он заговорил:
- Говорите. – добродушно отвечал капеллан, обыскивая стол хозяина комнаты в поисках чего-то, как оказалось листа и чернильницы с пером. Уткнувшись в писание, инквизитор помечал, что готов слушать кудесников, но вот действительно ли это было так? На деле же, девушка размышляла о случившемся, ведь ситуация вырисовывалась занимательная до дрожи. Ни у одного из представителей не вышло путем расположить местного авторитета в благих намерениях, но и никого он уважить, по его заявлениям, и не собирался. С другой стороны, когда маги были свидетелями подобных речей в адрес Ордена, Дин получала отличную возможность убедить церковника, что ее слова не пустой звон.
-Печально наблюдать, что честной народ, пред ликом страха, отдаляется от света Божьего, опускаясь до подобных низостей, - девушка тихим голосом произносила свою речь, чуть склоня голову и опустив века, смотря в пол. Больная ноша, но осознание неизбежного то, что виделось в образе юной леди, встревоженной по поводу затронутой чести церкви, -  Не их вина,  святой отец, не ведают, что творят и кто пред ними. Да, благо, вы с нами, в этот темный час и благословит Создатель ваши старание и смирение, - аристократка продолжала вещать, за свершенные деяния, местного правления, вступая в диалог со святым мужем. Спокойным и уверенным голосом, но чуть тревожным, волшебница просила прощения, но ныне уже за грубияна, что посрамил и ее и Орден Святой Инквизиции, а сама продолжала устанавливать контакт:
- Извольте предстать пред вами и пояснить суть предстоящих событий в кратце, - аристократка учтиво спросила разрешения у инквизитора, чтобы не гневать лишний раз священнослужителя. Дождавшись знака одобрения, миледи продолжила, - Леди Акаквирира из знатного Тавантинского рода Мунотонхора, она же гильдейская волшебница имперской гильдии магов. Это мой друг… - на этом слове Дин слегка замешкалась. Ей очень хотелось назвать его так и видимо, она забылась в этот момент, а затем попробовала исправиться, - и спутник, который подробнее поведает вам о себе, чем я смогу это сделать. Мы прибыли с одной единственной целью в эту деревню, на зов помощи.
Девушка хотела было продолжить, но замолчала, а в этот момент ее подхватил Рич, который, до этого момента тщательно что-то обдумывал. По крайней мере, так показалось Дин, когда она вкрадчиво глядела на него.  Алхимику удавалось вести переговоры, на редкость, продуктивными, что Дин успела для себя отметить, но многое она еще не понимала в своем новом товарище. Такое, к примеру, как простое уважение дамы, которая является его спутницей или же тот случай с подведением всех под одного, а Дин считается помешанной на могуществе. Это не сходило из ее головы, но зацикливаться на этом, девушка не собиралась.
– Полагаю, после наших высказываний в корчме, местные будут относиться к нам настороженно какое-то время. Мы могли бы начать с осмотра мест, где они видели необычные явления…
Оливер метко отобразил всю суть произошедшего, а Дин лишь молча смотрела на него, внимательно слушая его предложения. Спокойным тоном, Рич продолжал излагать свою мысль, более обращаясь к капеллану, чем к колдунье, но то было справедливо и верно, ибо неприятности с этой персоной магам были излишне.  Он продолжал:
– Нам будет полезен ваш опыт, капеллан Манн, и наши знания, так мы сможем узнать больше. В последствии, можно положиться на ваш статус в общении с жителями, с вами они будут более открыты и откровенны – маг на минуту прервался – это лишь предложение, если у вас есть план получше, можем обсудить и его…
«Рич сделал исключительный ход ладьей в этой игре, располагая инквизитора на сотрудничество и добавлять здесь нечего. Другое дело, что скажет служитель в ответ? И о Создатель, как же Оливеру не хватает человечности. Надеюсь, инквизитор будет оценивать ту часть повествования, где он повествует о его опыте» - колдунья молча, смотрела на мужчин в комнате, ожидая продолжения.


Вернуться к началу Перейти вниз
Утер Манн
Приключенец
avatar


Достижения :
Награды :
Нарушения : Чистая карма
Лик героя
Раса:: Человек (Тавантинец)
Ремесло:: Орден Святой Инквизиции
Звание:: Капеллан


Посмотреть профиль
СообщениеТема: Re: Деревенская околица   Чт 02 Фев 2017, 19:51
-Печально наблюдать, что честной народ, пред ликом страха, отдаляется от света Божьего, опускаясь до подобных низостей. Не их вина,  святой отец, не ведают, что творят и кто пред ними. Да, благо, вы с нами, в этот темный час и благословит Создатель ваши старание и смирение. – Разошлась речами колдунья, пока капеллан продолжал старательно возиться с пером и пергаментом, периодически взглядом давая понять, что слушает.
Сколько благочестия в её словах, прям сочится праведностью. Воспитание, вера или же опасения ведут её речи? Так или иначе, а знает как себя вести, а значит умом явно не обделена, как и большинство магов, но вот что же в сердце?  Да и молвит верно, страх и не такое с людьми творит… Или же здесь проклятье, что деревенские умы затуманивает помимо всех прочих напастей? Ладно, что тут у нас? Точно, масло.
-Извольте предстать пред вами и пояснить суть предстоящих событий в кратце. – Учтиво спросилась девушка из знатного рода перед инквизитором, который в этот момент остановил свою руку, и скрип пера прекратил наполнять собой помещение. Очи Манна устремились в пустоту, словно разум его пребывал где-то ещё, но явно не в кабинете главы Хорнкреста, однако, пару мгновений спустя, защитник веры перевел глаза к волшебнице и с легким кивком головы произнес:
-Разумеется.
-Леди Акаквирира из знатного Тавантинского рода Мунотонхора, она же гильдейская волшебница имперской гильдии магов. Это мой друг… - на этом слове Дин слегка замешкалась, но поспешила продолжить мысль,- и спутник, который подробнее поведает вам о себе, чем я смогу это сделать. Мы прибыли с одной единственной целью в эту деревню, на зов помощи.
Мунотонхора значит, запомню.
Чуть размяв шею, инквизитор вновь склонился над своей писаниной, в то время как отданную инициативу в разговоре незамедлительно подхватил парень в обносках, который все ещё не удостоился представиться, что с долей недовольства подметил для себя рыцарь господень, хоть и был он занят трудами писательскими:
– Полагаю, после наших высказываний в корчме, местные будут относиться к нам настороженно какое-то время. Мы могли бы начать с осмотра мест, где они видели необычные явления, – предложил алхимик, – сначала минимум вопросов, максимум наблюдения, чтобы жители осознали, что мы пришли помогать, а не портить с ними отношения. После, можно опросить очевидцев, узнать где в поселении чаще происходят странности, и сузить поиск до этого направления.
Утер же вроде как закончил свои труды на бумаге и теперь внимательно в них вглядывался, давая чернилам просохнуть, только вот взгляд был какой-то хмурый, словно что-то забыл написать или видел промахи. Но вот слух его был всецело обращен к речам Оливера.
–Нам будет полезен ваш опыт, капеллан Манн, и наши знания, так мы сможем узнать больше. В последствии, можно положиться на ваш статус в общении с жителями, с вами они будут более открыты и откровенны, – маг на минуту прервался, – это лишь предложение, если у вас есть план получше, можем обсудить и его…
Испустив короткий вздох, святой муж встал с насиженного места,  прихватив исписанный лист и направляясь неторопливым, даже нарочито медленным шагом, к колдунам.
-Магия, - начал Утер аки проповедник божий, - есть дар господень, великая сила и власть. Но подобное могущество привлекает Сатаниеля, - на этих словах инквизитор уже встал между гостями Хорнкреста и слегка склонился к Дин, продолжая речь, - и он развращает, заставляя оступиться с праведного пути, - ненадолго замолчал капеллан, поворачивая голову к алхимику, - и служить злу.
Выдержав небольшую паузу, церковник развернулся к слушателям спиной и, сделав от них пару шагов, вернулся к то ли наставлению, то к ли к предисловию:
-Но! Покуда помыслы ваши чисты, господь вам благоволит. Лишь чистые духом способны совладать с незримыми силами, что вам подчиняются, продолжая служить высшему благу. А ежели вы оступитесь, - чуть тише добавил капеллан, вставая к гильдейским чародеям в пол оборота, отчего тени на нем заиграли, создавая лик грозный, но справедливый, - то инквизиция придет по вашу душу и голову. – Уголки губ Утера слегка приподнялись вверх, а сам же он вернулся к столу, на который положил уже высохший пергамент. Левая рука уперлась в полированное дерево, а правой же инквизитор провел по своим волосам ото лба и до шеи, кою начал слегка потирать, опустив голову и взгляд вниз.
Манн и впрямь не питал к магам неприязни, скорее был насторожен, как и с любым, кто подвергается искушению вседозволенности, но те вели себя вполне приемлемо. Наверное, капеллану отчасти они даже пришлись по душе, уж впечатление они оказали точно лучшее, чем голова Хорнкреста. Разве что леди Акаквирира уж больно сладкими речами распылялась, но что взять с аристократки? А вот Оливер показался вполне сносным парнем, не смотря на свою юность и, конечно же, магический дар. Хладнокровие и готовность говорить по фатку да вершить деяния на их основе - это Утер уважал. Впрочем, как и большинство инквизиторов. Огромное количество заявлений с разных уголков империй о чудесах и ужасных бедах зачастую не имеют под собой никакого основания, а потому церковники порой тратят много времени впустую, но долг свой выполняют. Вот и сейчас служитель инквизиции терзался от того, что не было никаких прямых доказательств, но вот опыт подобных напастей словно пел над ухом: «нужно действовать».  
Вой, исчезновение людей, поведение старосты, тишина, видения, неурожай… Да и маги эти еще. Череда совпадений или нечто иное?
-Осмотреть места говоришь? Отправиться на брошенный хутор, где  воет не пойми что, а в округе люди пропадают? Глупость и отвагу часто путают, - с ухмылкой начал обсуждать план Оливера капеллан, с ноткой хрипотцы в голосе, -  нет, тут нужен более тонкий подход, чародей. А местные… Ни святой отец Габриель, ни староста не дали конкретики. То, что они описали подходит под множество вещей, начиная просто от преувеличенных обыденных бед, заканчивая… Впрочем, не важно, от конца списка даже мне не по себе отчасти. - Кажется, на последних словах, Утер ещё больше склонил голову, будто окуная её в бочку горестных воспоминаний. Рука на столе сжалась в кулак с такой силой, что костяшки пальцев мгновенно побелели, а инквизитор вернулся к осмыслению полученной информации.

Может энты? Проснулись от грохота войны и бродят близ леса. Живое дерево, подходит под «всякие видения» да и человека могут порой так словить, что потом и следов его не отыщешь, да и пьют они много, вот и могли земли истощить, а отсюда плохой урожай… Нет, энты не воют, глас их совершенно иной.

Может вурдалаки? Навряд ли, уже было бы смертей прилично, хотя-а-а…Мертвецы же тут регулярно встают, авось кто из упырей недавно нажрался плоти? Но ведь у воя есть система, в четвертый день седьмицы. Не похоже на неупокоенных.

Призрак или дух? Да, это подходит. А что если… если ведьма связалась с Аагхом или призвала гончую бездны? Да ведь и сущие могли явиться, много ведь жизней забрала Бризенгерская резня… Господь милостивый, сколько же зла бродит по земле. С чем же мне бороться на этот раз?


Задрав голову, капеллан уставился в потолок, поджав губы и будто чего-то выжидая, покуда маги ждали дальнейшего слова. Да, как всегда ни ангелов, ни святых, что раскрыли бы тайны мирские. Утера терзала неизвестность, ведь промедление могло означать как и мрачные последствия, так и полное их отсутствие, но рисковать невинными… На это он пойти не мог, уж лучше крест он на себя возьмет, но позаботится о нуждающихся. Прикрыв веки, мужчина наконец принял решение.
Взяв в руки свои записи, над которыми он трудился, покуда гильдейские чародеи по очереди высказывались, капеллан аккуратно разорвал лист на две части, одну из которых убрал в свой дорожный скарб, а вторую оставил на столе, на кою высыпал горсть серебряных и медных монет.
-Если вы так хотите помочь местным жителям, то даже не думайте идти на хутор, - начал уже прямой инструктаж инквизитор, - с крестьянами можете и пообщаться, но уж если святой отец мне ничего ровным счетом не сказал, как и староста Хорнкреста, то от них и подавно новостей вы не услышите достоверных. А потому… Вот вам поручение, - указал капеллан на обрывок листа, - подготовьте все к обеду завтрашнего дня и дом найдите безлюдный. А это, - защитник веры небрежно махнул головой на деньги, - на расходы ваши.
Утер забрал со стола молитвенник и вернул его на пояс, поудобнее перехватывая свои пожитки и направляясь к выходу из кабинета мимо магов, около которых и остановился:
-Выполните это и вы сделаете шаг к спасению несчастных, а я же дарую вам покровительство инквизиции от моего лица на время этого испытания. Но помните о том, кто придет за вами, ежели вы оступитесь. – На последней фразе в голосе отчетливо слышалась суровость, подкрепленная хрипом. К своей работе, нет, к своему долгу капеллан подходил со всей ответственностью и решимостью, чего собственно требовал и от всякого своего союзника, неважно будь то собрат инквизитор или вольный наемник, ищущий золота. Маги же в большинстве своем обладали усердием, без которого их дар никак не развить и не обуздать, другое дело же как они им распоряжались, а потому капеллан намеревался их сам направить. Да и жителям Хорнкреста явно будет спокойнее если гильдейские гости будут действовать по назиданию Инквизиции либо же просто работать под надзором церковника. В простом народе суеверия и стереотипы встречаются чаще, чем где бы то ни было.
-Леди Акаквирира, чародей. – Уже вполне дружелюбно откланялся Манн и покинул помещение, намереваясь наконец-то поесть после дороги и оказаться в кровати, ведь завтрашний день предвещал множество дел, так что сегодня необходимо было отдохнуть и телом и духом.
А на столе главы деревенского под горстью монет остался  для магов исписанный обрывок пожелтевшей бумаги, на котором было написано, а точнее перечислено следующее:
Факел
Десяток свечей
Бурдюк козей крови
Горючее масло
Уголь
Свиные потроха
Пара мисок
Тряпье либо же бинты
Кнут с тремя концами и серебряными зубцами на них


Вернуться к началу Перейти вниз
Оливер
Путник
avatar


Нарушения : Чистая карма
Лик героя
Раса:: Человек (Вудман)
Ремесло:: Маг-Алхимик
Звание::


Посмотреть профиль
СообщениеТема: Re: Деревенская околица   Чт 02 Фев 2017, 21:23
Оливер слушал инквизитора лишь в пол уха, хоть и упрекать парня в этом мог лишь тот, кто плохо его знал. Даже погружённый в свои мысли, он оставался внимателен и слушал вдохновенные речи церковника.
Насторожило же его то, что, отринув план алхимика, Манн не предложил ничего дельного, оставив лишь краткий список подозрительных предметов да груду серебра на столе.
Если сначала, маг считал капеллана человеком дальновидным и, относительно, открытым, то в последнем утверждении он разубедился в тот самый момент, как Утер покинул помещение.
Опасливо и осторожно подойдя к столу, волшебник аккуратно вытянул пергамент из-под кучи монет, пробегаясь глазами по пунктам и озвучивая их для Динджин:
Факел, десять свечей… – первые два пункта он прочитал без интереса, но третий заставил его чуть нахмуриться в недоумении – бурдюк козьей крови – тон алхимика вновь вернулся в прежнее русло – горючее масло, уголь, свиные… – очередная пауза – потроха, пара мисок, тряпьё или бинты и-и-и… – тут Рич ожидал увидеть всё, что угодно, но явно вновь удивился записям церковника – кнут с тремя концами и серебряными зубцами на них.
Снова пробежавшись глазами по перечню, Оливер старался убедиться, что всё вычитал правильно, не допустив ошибки, однако в том, что список был именно таким не осталось даже тени сомнений. Почерк был ровный и чернила нигде не затёрлись.
Либо у него очень странный образ жизни, либо его задумка требует какого-то ритуала… – подытожил Рич – но я сомневаюсь, что козью кровь он собрался пить, а кнут с серебряными хвостами – точно не для украшения.
Чтобы выдать хоть какое-то мало-мальски точное суждение обо всей сложившейся ситуации, алхимику явно не доставало сведений, но чувство, что его руками собрались творить какое-то непотребство, плотно засело в его душе.
Не знаю, что наш капеллан задумал, но лучше думать, прежде чем действовать по его указке, тем более, что в свои планы и затеи он нас не посвятил. Полагаю, для него мы лишь инструменты, исполнители, от которых он ожидает бездумного повиновения… – начал размышлять вслух колдун, растягивая слова так, словно каждое из них он вытягивал из каких-то особо глубоких закромов своего сознания… Он словно что-то пытался вспомнить, вычислить, но все попытки сводились только к неудачам.
Вынырнув из этого забвения, словно из болотной лужи, с глубоким вдохом, он протянул клочок пергамента Дин, чтобы она могла убедиться в точности его суждений. Возможно и у неё будут какие-то здравые мысли.
Сам же тем временем продолжил:
Поступим как он велел, нам пока рано строить догадки, но за каждым его шагом придётся следить. В его словах были скрытые угрозы. Как кнут и пряник… – водоворот мыслей вновь начал затягивать в свой водоворот алхимика, отчего тот чуть замялся – Инквизиция в лице самого капеллана и его ордена – кнут, серебро и искупление – пряник.
Ещё пару мгновений, Оливер пребывал в некоем состоянии неподвижной статуи, в пол уха прислушиваясь к происходящему в комнате, после чего вновь вздохнул и поспешил перевести тему с подозрения в сомнительных просьбах церковника на что-то более повседневное и менее угнетающее.
Ещё одним толчком для дальнейшего развития диалога послужил желудок, вяло напомнивший о себе недовольными позывами, отчего алхимик почти сразу сглотнул.
Предлагаю поесть, думаю хозяин корчмы всё ещё обслужит нас, если мы ему заплатим как положено, не уповая на наш статус или самомнение – без тени издевательства или сарказма заявил Рич, явно не думая о том, в каком свете сейчас предстаёт.
Его вообще довольно редко волновали чувства и мнение окружающих, отчего общаться с ним было не больно то и просто.
Вскоре после того, как мысли улеглись и осели в голове мага тяжёлой ношей, он вышел из помещения, придержав дверь для высокородной особы в лице Динджин, саркастически демонстрируя подобие этикета.
Подойдя ближе к хозяину корчмы, прохаживающемуся вдоль занятых столов, он чуть склонил голову и заговорил:
Запах у вас на кухне приятный, что сегодня дают? – Оливер намеренно избегал каких-либо сложных оборотов, чтобы лишний раз не напоминать об оскорблениях и угрозах со стороны своей спутницы. К слову, корчмарь ответил куда спокойнее и приветливей, чем ожидал алхимик, ведь можно было услышать в ответ и многозначительное молчание, но слова таки последовали за вопросом:
Свинина на вертеле, свежая, Вакун забил нормального парася, и греча, в последнее время кроме неё почти ничего не осталось – просипел хозяин – есть ещё похлёбка, налил бы вам, да силком скормил, но боюсь за отравительство вздёрнут.
Свинина подойдёт, две порции – буркнул алхимик с некоторой обречённостью в голосе, потому как предыдущее высказывание о приятном запахе было явной лестью.
Выбирать не приходилось, а привередничать было и вовсе глупо. Любая горячая снедь была в разы лучше походных пайков, даже подгоревшая свинина с несолёной гречкой.
Один серебрянник и три медяка – охотно отозвался корчмарь, явно завышая цену за свою стряпню, но спорить с ним Рич не стал, выудив из сумки несколько монет. Распоряжаться деньгами инквизитора ради пропитания было бы неразумно, мало ли сколько попросят местные за весь тот причудливый список.
И именно последняя мысль о списке снова погрузила алхимика в проклятый задумчивый транс, из которого он вырвался только когда сел за стол.
Через пару минут подоспел и корчмарь, бухнув две деревянные миски перед магами, снабдив каждую деревянной же ложкой, которые он демонстративно воткнул в обе порции, вызвав пару довольных смешков.
Не придав этому особого значения, алхимик принялся поглощать предложенную еду с невероятной скоростью, иной мог бы подумать, что парень не ел дня три, как минимум, но виной всему был просто хороший аппетит, выработанный за годы сидения за книгами и реагентами. Он просыпался, когда чародей был свободен и засыпал вместе с остальными нуждами, пока Рич был чем-то сильно увлечён. Почти как фанатики, забывающие обо всём в минуты экстаза, только Оливер игнорировал лишь естественные нужды в часы работы, а затем почти всегда срывался удовлетворять их все подряд… Как сейчас.


Вернуться к началу Перейти вниз
Динджин
Пилигрим
avatar


Награды :
Нарушения : Чистая карма
Лик героя
Раса:: Человек (Тавантинка)
Ремесло:: Гильдейская волшебница
Звание:: Мастерица


Посмотреть профиль
СообщениеТема: Re: Деревенская околица   Пт 03 Фев 2017, 22:17
Как только представитель Ордена Святой Инквизиции завершил писание на пергаменте, то неспешно направился навстречу магам, отчего Дин чуть засомневалась в достоверности происходящего. Но неуверенность была рассеяна, лишь проповедник начал свою речь:
-Магия, есть дар господень, великая сила и власть. Но подобное могущество привлекает Сатаниеля,  и он развращает, заставляя оступиться с праведного пути,  и служить злу.
Остановившись перед колдунами, инквизитор обращал свой взор, то на колдунью, то на ее спутника, но намека на угрозу в таком не наблюдалось, скорее очередная проповедь служителя господня. Динджин вдумчиво слушала повествование церковника и не смела его перебивать, лишь осмысляя происходящее и отфильтровывая на свой манер.
«Он поучает, а иначе бы нам пришлось слушать праведные тирады и угрозы, подобно разговору со старостой. Послушаем еще»
После чего капеллан замолчал и вернулся на исходную точку, продолжив:
-Но! Покуда помыслы ваши чисты, господь вам благоволит. Лишь чистые духом способны совладать с незримыми силами, что вам подчиняются, продолжая служить высшему благу. А ежели вы оступитесь, - в этот момент инквизитор заговорил тише, выделяя голосом фразу, и оглянулся назад. Тени играли на лице священнослужителя, отчего могло показаться, что тот показывает вид суровый. Дин даже решила, что подобная реакция Утера была наиграна, но виду не подавала.
«А я уж собиралась удивляться, ан нет. Когда это инквизиция упускала шанс показать магам свое могущество?!»
 - то инквизиция придет по вашу душу и голову. 
Уголки губ инквизитора чуть приподнялись, изображая удовольствие, однако Динджин молча наблюдала за поведением паладина, расчетливо управляя своими эмоциями и действиями.
«Да, Утер, ничего другого ожидать от инквизиции и не следует, но то не твоя вина. Это устоявшиеся веками догмы, что преследует церковь, но всем воздастся по заслугам и фанатики не исключение»
Далее священнослужитель осудил предложенную Оливером идею, что Динджин отмечать для себя не стала, а затем предложил свой вариант, точнее, дал указание. Утер разорвал пополам тот самый лист, который писал до этого и один из них оставил колдунам, приложив к нему звонких монет.
- …Вот вам поручение, - указал капеллан на обрывок листа, - подготовьте все к обеду завтрашнего дня и дом найдите безлюдный, - закончив постановку цели, капеллан собрал свои пожитки и направился к выходу, но перед уходом остановился и добавил:
-Выполните это и вы сделаете шаг к спасению несчастных, а я же дарую вам покровительство инквизиции от моего лица на время этого испытания. Но помните о том, кто придет за вами, ежели вы оступитесь. – суровым тоном закончил Манн, откланявшись.
«Занятный человек. Посвящать в свои планы он не посчитал нужным, но и гнать не стал. А что за список он оставил?» Пока Дин рассуждала на счет сказанного инквизитором, Оливер взял пергамент в руки и начал зачитывать вслух:
– Факел, десять свечей… бурдюк козьей крови…горючее масло, уголь…свиные потроха…пара мисок, тряпьё или бинты и-и-и… кнут с тремя концами и серебряными зубцами на них, - Оливер, то запинался, то продолжал, но на то были веские причины и откровенно, подобную реакцию произвел не только он.
«Он собирается проверить, с кем мы имеем дело или церковь обладает таинствами, которые не столь благочестивы?!»
– Либо у него очень странный образ жизни, либо его задумка требует какого-то ритуала… но я сомневаюсь, что козью кровь он собрался пить, а кнут с серебряными хвостами – точно не для украшения, - подвел итоги Рич, подхватывая мнение волшебницы.
-Мне не известны магические ритуалы, для которых необходим этот список, но может быть он считает, что деревню окружили ревенаты, а эти вещи как-то ему помогут в решении вопроса? С другой стороны, неизвестно что можно ожидать от незнакомого человека, - Динджин говорила абсолютно спокойно, так, словно, ничего страшного не происходило, но внутренне она беспокоилась из-за недостатка информации.

– Не знаю, что наш капеллан задумал, но лучше думать, прежде чем действовать по его указке, тем более, что в свои планы и затеи он нас не посвятил. Полагаю, для него мы лишь инструменты, исполнители, от которых он ожидает бездумного повиновения… – Оливер продолжал вести линию сомнения и даже дал клочок бумаги со списком, чтобы девушка сама смогла удостовериться в правдивости происходящего, а сам же тем временем продолжил:
– Поступим как он велел, нам пока рано строить догадки, но за каждым его шагом придётся следить. В его словах были скрытые угрозы. Как кнут и пряник… - мысли стремительно овладевали алхимиком и это было слышно и видно по его провисающей речи и реакции, но в итоге, Рич «вернулся на землю» и подал более здравую идею, на данный момент (для него):
 Предлагаю поесть, думаю хозяин корчмы всё ещё обслужит нас, если мы ему заплатим как положено, не уповая на наш статус или самомнение – последнее сказанное юношей не сочлось за оскорбление или что-то подобное, волшебница не собиралась более проявлять себя с другой стороны, после допущенной ошибки, да и сил на выяснение отношений (как и на что либо другое) у нее уже не осталось на этот день. Выходя из помещения, Оливер решил придержать дверь, что дама прошла вперед, изображая некие знания благородного поведения. Доля сарказма в этом определенно была, но девушка более посмеялась, по-девичьи, нежели воспринимала данное как циничный укол.
Пока спутник колдуньи заказывал еду, все у того же хозяина корчмы, аристократка аккуратно расположилась за незанятым столиком, внимательно наблюдая затем, как Рич вновь торгуется с крестьянином. Когда маг вернулся и присоединился к колдунье, то она не стала его тревожить, а лишь подождала, когда тот наберется сил. Корчмарь принес две деревянные тарелки, наполненные гречкой с рублеными ломтиками свинины и язвительно воткнул в еду деревянные ложки, что девушка решила проигнорировать, как и реакцию на поведение хозяина. Но куда важнее для волшебницы было то, что она размышляла об ее спутнике.
«Он уже дважды заплатил за меня, проявив долю заботы. Нельзя опускать такое без внимания, но…» - в голове волшебницы развелся самый настоящий бардак, выходом из которого она предприняла кормежку мага. Все-таки, Оливер позабыл факт того, что у девушки еще осталась еда, которую так же можно использовать. Сделав вид, что что-то съела, поковыряв ложкой в тарелке, она обратилась к товарищу:
-Оливер, позволь, я отдам остатки еды тебе, если не против? – учтиво спросила девушка мага. Дин чувствовала себя чуть неловко в этот момент, потому что натерпелась за день разного. То и угрозы алхимику и выяснение отношений, а иначе можно было бы просто поговорить и то полезнее. Передав тарелку с едой  юноше, девушка дождалась, когда тот закончит есть, потому что не видела целесообразным отделяться от него. 


Вернуться к началу Перейти вниз
Оливер
Путник
avatar


Нарушения : Чистая карма
Лик героя
Раса:: Человек (Вудман)
Ремесло:: Маг-Алхимик
Звание::


Посмотреть профиль
СообщениеТема: Re: Деревенская околица   Вт 07 Фев 2017, 11:29
Расправившись ещё и с остатками еды девушки, тощий алхимик почти сразу встал и молча рванул к корчмарю за ключами от комнат. Вот только его ждал сюрприз, потому как старик выделил чародеям одну комнату на двоих!
То есть как? Всего одна? Я думал такая высокая плата за две будет – начал было возмущаться волшебник, когда трактирщик его прервал:
Нет, я плату беру с человека, в комнатах размещается по двое, но я думал, раз вы вместе, то можете обойтись и одной, тем более, что у меня сейчас всего одна свободна, с двухспалкой – забубнил в ответ хозяин – И дело даже не в ваших угрозах, мне просто нечего больше предложить.
Слова корчмаря не были ложью, Оливер это видел, по тому, как тот говорил. В его голосе не было издёвки, не было ни нотки сарказма, он говорил так, словно резкого похолодания по вине Динджин не было вовсе.
Ладно, давайте ключ – выпалил Рич, перехватывая деревянный брусок с номером у тавернщика.
Поднимался наверх он молча, равно как и отприал дверь, не проронив ни слова.
Кстати, комната оказалась лучше, чем можно было ожидать. Возможно, сказывался тот факт, что Хорнкерст был недалеко от торгового тракта, и сюда порой заезжали на ночлег самые разные посетители. Помимо довольно большой двухспальной кровати со странного вида простынёй и двумя подушками, в комнате ещё было кресло около простого стола с подсвечником и небольшой грубый шкаф.
Намёка на одеяла не было, да и заморачиваться предстояло не Оливеру, потому этот момент он просто проигнорировал.
Он всё так же молча двинул в сторону кресла, где с помощью пары лучин и какой-то жижи из сумки поджёг свечи и уселся читать, подаренную девушкой книгу.



Ночь наступила доволно быстро, и Оливер даже не заметил, что Динджин уже успела лечь спать.
То, что он сделал дальше слабо поддавалось логике со стороны, но собственные убеждения алхимика были непоколебимы.
Разбирательство с сомнительным списком капелана уже давно терзало душу мага, а попытки понять, чего Утер хочет добиться, что он хочет совершить только закрепляли необъяснимый страх в душе колдуна.
Написав пару прощальных строк на клочке бумаги, Оливер тихо вышел из комнаты, оставив свой ключ внутри, а затем направился во двор, где под трусливый стук копыт покинул Хорнкерст.


Вернуться к началу Перейти вниз
Динджин
Пилигрим
avatar


Награды :
Нарушения : Чистая карма
Лик героя
Раса:: Человек (Тавантинка)
Ремесло:: Гильдейская волшебница
Звание:: Мастерица


Посмотреть профиль
СообщениеТема: Re: Деревенская околица   Ср 15 Фев 2017, 22:13
«Одна комната на двоих…а в этом есть доля иронии, учитывая мною сказанное корчмарю» - оценивая положение, прикидывала девушка, но как оказалось, повода для разговоров на эту тему не нашлось. Оливер, в своей манере, безмолвно направился в сторону, небольшого кресла с мягкими  спинкой и сиденьем, а затем принялся изучать том магии, что подарила ему колдунья. Сама волшебница, хоть и устала, но спать, раньше положенного, не намеривалась. Разговор с Оливером ее, на сегодня, уже не интересовал, а потому Динджин открыла свою сумку, чтобы исследовать результат своей работы.
«Замороженный водный шар…Превосходно. А теперь попробуем сделать вот так»  - тавантинка начала бережно и медленно выстраивать внутри сумки отдельный отсек из воды, дабы тот не деформировался, задавая ему  нужную форму стенки-кармашка. Закончив создание своеобразного внутреннего ледяного кармана, леди Акаквирира продолжила работу со своей новой безделушкой.
«Плести оружие прямо во время боя не всегда доступная возможность, но если приготовить снаряды заранее, то враг, вероятнее, будет повержен»  - белая колдунья делила шар на более мелкие составляющие, словно откалывала их друг от друга, а если быть вернее, то на пять острых ледяных игл, длинной в ее собственную кисть, а затем аккуратно уложила в тот самый отсек.
«Этого будет недостаточно, чтобы вести активную борьбу, но штук 20-25 помогут быстро разобраться с парой-тройкой противников» - девушка изваяла еще четыре водные сферы и отправила их в сумку, а созданную пятую оставила перед собой и начала обрабатывать воду внутри устойчивостью к заморозке, чтобы содержимое шара не превратилось в лед и так же убрала на обработку.
«Постепенно сделаем из этой сумочки магическую сладость. Раскрыть бы еще секрет расширения пространства и тогда можно будет причинять морозную радость всем недовольным»
Динджин пристально разглядывала вместилище льда, наполняя его магической энергией и размышляя о списке, который оставил им капеллан. Сколько прошло времени, колдунья не обратила внимания, но обнаружив сияние внутри сумки, что означало заряженность артефакта, девушка решила, что на этом день пора окончить. Крепкий сон – то, что охватило усталую Дин, до такой степени, что та была не в состоянии услышать, как Оливер незаметно покинул ее среди ночи.
Проснувшись с восходом первых лучей, леди заметила, что комната пуста, а на столе лежала записка:
«Спасибо за все, что ты для меня сделала, но далее твой путь лежит без меня. Прощай. Оливер Р.»
«Поджал хвост выходит. Так тому и быть» - девушка незамедлительно собралась на выход из комнаты, в двери которой обнаружила ключ и закрыв дверь, подошла к корчмарю, который вовсю кашеварил очередные кулинарные «произведения» для гостей.
«Большую часть списка можно приобрести у любого деревенского, но вот бурдюк козьей крови может вызвать лишнее подозрение. Вероятно, правильнее будет добыть его у мясника»
-Доброе утро. Вы могли бы мне подсказать, где здесь поблизости живет мясник? – волшебница старалась быть как можно доброжелательнее, но хозяин дома сразу исказил гримасу недовольством, услышав голос девушки, но ответил.
-Смотрю, бросил тебя дружочек-то! - подстегнул мужичок, сопровождая фразу язвительным смехом. Наконец, утешась самодовольством, он заметил, что Дин совершенно игнорирует его реакцию, стал отвечать, - Ну, щас выходишь и сворачиваешь налево. Идешь прямо до конца улицы и слева будет дом Браина, он…- было продолжал корчмарь, но колдунья его перебила
- Благодарю, - хладно отрезала Дин и выскочила из дома.
Оседлав Громика, наездница направилась вдоль улицы, по указанному маршруту. Цокот копыт и фырканье вороного основательно засели в голове леди Акаквириры, но как только конь остановился, девушка обнаружила, что оказалась на перепутье.  Дин обернулась назад, чтобы удостовериться в том, что ничего не пропустила и спешилась, взяв за поводья жеребца, направившись к дому стоявшему слева. Оказавшись возле двери, девушка сильно постучала в дверь. Через некоторое время ей открыл крепкого телосложения темноволосый мужчина с бородой, который, на удивление Динджин, отреагировал положительно на ее появление. Слегка удивившись, «зачем надобно такой милой особе бурдюк крови», он долго не зацикливался на делах волшебницы, а просто продал все необходимое из списка, за что девушка его поблагодарила парой звонких монет в довес. Вспомнив о том, что капеллану нужно еще подыскать дом, тавантинка замешкалась и спросила Браина:
-Позвольте еще один вопрос. В Хорнкерсте есть бесхозные дома?
-Да, миледи. На окраине стоят, но туда упыри набегают, поэтому  безлюдно там и вам не советую одной бродить.. – мясник завершал фразу как-то обеспокоенно и с неким страхом.
-Я поняла вас, спасибо Браин и всего хорошего.
В назначенное время Дин отправилась в таверну, чтобы встретить инквизитора. Святоша сидел за столом и трапезничал, не замечая девушки.
-Инкивизитор Манн, все подготовлено, но... Мой спутник нас покинул, - окликнула капеллана девушка, замявшись на моменте с Оливером.
Вскинув в легком недоумении бровь, капеллан ответил с едва заметным смешком:
-Правда? Неотложные дела появились или Хорнкрестская смута его отпугнула
?-после вопроса Утер кивнул на мешок с добром из списка да распорядился, - а вещи вы подле кровати оставьте, ими я позже займусь.
-Полагаю, это страх... – девушка сделала вид, что опечалилась подобному исходу, но продолжала, - Почему столь стойкие и храбрые мужи этого села впадают в отчаяние и становятся столь грешными? – Динджин слегка вертела головой из стороны в сторону, словно не понимая происходящего, показывая свое недоумение относительно сложившейся ситуации, а затем остановилась и взглянула инквизитору в глаза,
-Но...Мы сможем, святой отец. Я думаю, что воедино мы очистим эту землю. Правильно? - леди воодушевленно смотрела на Утера, пытаясь найти ответ, словно дочь у отца.
-Не печальтесь, Господь направит всякого, кто готов нести искупление во имя Его, леди Акаквирира. А что насчет дома пустого? Приметили? - поинтересовался инквизитор, слегка поглаживая бороду. 
-На окраине нашелся такой, но местные предупреждают, что порой туда набегают восставшие мертвецы. Однако, позвольте узнать, что вы намерены предпринять, имея в наличии собранное? – чуть повернув голову вправо, спросила девушка, показывая заинтересованность.
Пожав плечами, капеллан подобрал мешок и принялся осматривать его содержимое, сверяя имеющееся в нем со списком, что отчетливо хранился в памяти, попутно отвечая:
-Посмотрим есть ли тут духи или призраки, - мужчина неспешно перебирал предметы, - если не покажут себя, значит сделаем ловушку для нежити. - На этих словах капеллан достал миску со свиными потрохами, что была плотно накрыта крышкой да упрятана в плотный мешочек, дабы сильно не пахла и не испачкала остальной скарб.
-Любят твари скверны плоть. Вот мы их подловим и сожжем, ежели проблема будет не только в местных мертвецах. А уж если повезет, так и плетью укротим и доставим в деревню, дабы все узрели, до чего богохульство и грехопадение доводят, - капеллан ненадолго замолчал, удостоверяясь, что все на месте, -в общем, обычное дело. Вас же не затруднит присмотреть за домом, пока я буду занят?
«Только чем же ты будешь занят инквизитор? Хорошо, пока что поиграем по твоим правилам»
Девушка наблюдала как Манн ковырялся в мешке, не прерывая его, а затем спокойно ответила.
-Благодарю вас, инквизитор. Не затруднит, но позвольте узнать к какому сроку вас ожидать?
-Ждите у входа в корчму как только последние лучи солнца зайдут за горизонт, а пока вам лучше отдохнуть, ночь обещает быть долгой. Да благословит вас, господь.


Совместно с Утером Манн


Вернуться к началу Перейти вниз
Утер Манн
Приключенец
avatar


Достижения :
Награды :
Нарушения : Чистая карма
Лик героя
Раса:: Человек (Тавантинец)
Ремесло:: Орден Святой Инквизиции
Звание:: Капеллан


Посмотреть профиль
СообщениеТема: Re: Деревенская околица   Вт 21 Фев 2017, 22:53
Утро. Тезисно.

Проснувшись рано по утру, капеллан как всегда посвятил его молитве, после чего облачился в свои одеяния и позволил себе легкую трапезу, прежде чем вновь отправиться в церковь на встречу с местным настоятелем, о которой договорился с ним ещё вчера. Коня Утер не брал – в этом не было необходимости, а ноги размять хорошенько не мешало, так как кровать в корчме оказалась средней паршивости, хотя к лишениям да тяготам Манну было не привыкать.
Деревенские жители тоже уже проснулись, это вам не аристократы, что по пол дня проводят в постели, а вторую половину посвящают светским «делам». Нет, крестьяне народ простой – встало солнце, так давай за работу. Оно и правильно, господь благоволит тем, кто к труду приучен и готов стараться, чтобы прокормить себя и родных. Манн и сам был ведь сыном фермера, хоть та жизнь и кончилась, когда тот был ещё ребенком, но все же воспоминания о порой нелегкой доле простого люда в их бытовых заботах ещё сохранились.
Прибыв в обитель господню, инквизитор, как ему и было обещано, получил необходимые отчеты, которые внимательно изучил в главной зале, пока прихожане и церковники были заняты общей молитвой о благе деревни. Инквизитор любил заниматься бумажной работой под звуки молитв или тихого пения иссарианского хора – их мелодичность помогала ему лучше сосредоточиться на деле, будто вдохновляла как муза поэта, а потому капеллан довольно быстро расправился с изучением материалов.
Как и ожидалось, в записях не было каких-либо ценных сведений, лишь рекомендация от молодых паладинов о том, что необходимо отпеть усопших и освятить округу, дабы угомонить восстающих мертвецов.
Утер по прочтению прикрыл глаза и глубоко выдохнул, потирая переносицу указательным и большим пальцами, вместе с этим неодобрительно покачивая головой.
- Что ж вы бестолочи такие, не дай бог если все новопосвященные такие беспечные. Молодые ещё явно не видели зла. – Мысленно рассуждал Манн, отмечая, что нынешнему поколению явно не хватает такого качества как дотошность. Сколько же времени было потеряно почем зря, и теперь всю эту беду в срочном порядке предстояло разрешить капеллану.
- Ладно, разберемся с божьей помощью, если гильдейцы все принесут, так авось все проясним до того как ещё кто-либо пропадет.
С этими мыслями инквизитор вернул старому церковнику отчеты и, помолившись у алтаря, направился обратно на постоялый двор, решив, что документами и письмами займется тогда, когда всё разрешится. Но ушел он не с пустыми руками, а прихватил с собой святую воду – простейший, но в то же время мощнейший инструмент в руках праведника.



Обед. В посте Динджин.




Поздний вечер.

В назначенный час капеллан встретился с леди Акаквирирой у выхода из таверны и отправился с ней пешком к нужному дому на окраине. Солнце уже практически скрылось за горизонтом, но дорогу всё ещё озаряло закатное марево, постепенно уступая место ночи, так что освещать путь факелом покамест не было нужды. На улицах крестьян уже практически не было и правильно - работа дневная окончена, а шляться в потемках, когда невесть что творится в округе, обыватели явно считали не лучшей идеей. Следуя за Динджин, капеллан Манн решил ещё раз напомнить план действий, мало ли что, кто этих магов знает, чем они слушают и думают? Один вон вообще сбежал, хотя, может оно и к лучшему, не просто так ведь инквизитору привиделся в лице Оливера давно погибший товарищ, авось целее будет колдун. Так или иначе, а Утер и гильдейская волшебница  постепенно продвигались к цели прогулки, пока заступник веры инструктировал Дин:
-Не все духи любят являться служителям воли всевышнего а уж в компании колдуньи и подавно, а тут вероятно призрак сожжённой ведьмы, а они ещё те заразы, - капеллан испустил вздох,  в котором отчетливо можно было прочить: «не умеешь жечь еретиков, так не берись», а после продолжил, - поэтому к дому лучше не подходите особо близко, а то спугнете ненароком это отродье, если оно тут есть. – Мужчина поудобнее перекинул мешок с необходимым скарбом на плече, отмечая, что уже достаточно темно, но глаза благо привыкали к меняющемуся освещению.
-Ну а коли не явится никто, значит будем искать тварей более материальных, но не менее мертвых. Придется сделать пару приманок, смешать кровь с потрохами дело не хитрое, но вот сделать так, чтобы они воспламенялись когда их нежить начинает жрать – уже гораздо сложнее. На моей памяти один послушник так чуть погреб не сжег,  – на этом моменте Манн даже усмехнулся, предаваясь воспоминаниям, - пришлось святой водой тушить, так как обычной не хватало. В общем, больно кропотливая работа, так что если это не дух терзает деревню, то наверное придется провозиться и до утра. Надеюсь, что вы успели сегодня хорошо отдохнуть. – Капеллан шел за гильдейской волшебницей на пол шага позади, ведь это она показывала путь. Вообще, Утер даже отчасти удивился, что особа знатных кровей сама разбиралась с поручениями, которые явно не соответствовали её статусу по праву родословной, уж скорее подобное было по части сбежавшего Оливера. Но тот решил покинуть Хорнкрест. Маги, что с них взять.
-Смотрите чтобы к дому никто не подобрался, а мертвецов же старйтесь усмирить, но не сильно изувечить, кто знает сами они восстают или же им кто помогает – изучить тела крайне важно, ну а ежели поймать изловчитесь, то буду вам крайне благодарен. Местным будет полезно посмотреть до чего доводит неверие. – Подытожил инструктаж заступник веры, когда леди Акаквирира привела его к заброшенному дому, хотя больше он походил на обветшалую хижину, чем на дом. Ночь к этому времени уже распустила по округе свои темные объятия, а потому Утер зажег факел и отправился внутрь строения, но сделав пару шагов, обернулся к Динджин и промолвил:
-Да хранит вас господь в сей темный час, леди Акаквирира. – После сих слов, служитель инквизиции направился внутрь брошенного жилища, закрывая за собой дверь.

Мебели в помещении не оказалось как таковой, в отличие от пыли, которая тут же взвилась клубами, стоило только шагнуть за порог. Не ясно было, то ли прежние жильцы сами все вынесли, переезжая на новое место, то ли жильцы сгинули и все имущество было расхищено местными. Звучно чихнув, капеллан шмыгнул носом и заприметил люк в подвал, за кольцо которого тут же потянул с добротным скрипом да спустился вниз, закрывая лаз. Погреб оказался выложен гладким речным камнем, отчего тут было довольно прохладно и запах стоял не самый приятный – плесень и грибок постепенно захватывали территорию, только воевать с ними было некому.
Утер прошел чуть вглубь и примостил факел в щель меж кладкой на стене, освобождая руку да принимаясь извлекать на холодный пол содержимое мешка. Налив в одну из мисок святую воду из церкви, а в другую козью кровь из бурдюка, что добыла леди Акаквирира, капеллан, стоя на коленях, устремил взор в красную жидкость, в которой мутно отражалось лицо Манна в свете пляшущего огня. Предстояла тяжелая ночь, но церковник принял решение.
-Как далеко ты готов заглянуть во мрак во имя спасения? – раздался глас в разуме инквизитора, что заставил руки мужчины сжаться в кулаки с такой силой, что руки аж слегка задрожали, а вены набухли, в то время как с плотно сжатых уст сорвались слова, наполненные решимостью и хрипом:
-В самую бездну, Жан.
Ответил капеллан старому другу и разогнул на правой руке средний и указательный пальцы, кои тут же опустил в тару с кровью, после чего провел ими ото лба до подбородка и вторым движением от левого виска к правому, оставляя тем самым на своем лице кровавый крест, растекающийся алыми каплями. Глубоко дыша, святой муж сомкнул очи и начал неспешно читать молитву:
-Да простит господь меня за деяния мои, ведь помыслы мои чисты аки слезы невинных. И возьму я на себя этот крест, дабы нести его во имя искупления, ибо вера моя крепка. Да святится имя твое и да хранит твой свет страждущих, не за себя прошу, но за детей твоих.
Раскрыв глаза, инквизитор крепко взял кусок угля и неспешно начертил им на полу дугу, которую пару движений превратили в круг, что тут же Утер обрамил в рамку мало кому известных символов, старательно выводя каждый из них твердой рукой и смешивая с кровью. Получилось довольно ровно, что и хорошо – точность есть залог успеха в этом деле. Из памяти капеллана руки переносили на пол один штрих за другим, отчего причудливые линии постепенно сплетались во внушительный узор, который превратился в расписанную пентаграмму, заключенную в два внешних круга. В центр же, во внутренний пятиугольник, праведник выложил часть свиных потрохов, поливая их обильно маслом, а на каждую из вершин перевернутой звезды было водружено по свече. Внимательно оглядывая свои труды, служитель церкви встал с колен и, сняв левой рукой факел, принялся зажигать свечи, обходя свои чертежи на каменном полу.
-Да убережет создатель дух и плоть от скверны, и озарит вера наш путь в этой тьме, направляя нас, как Ты направлял Иссайю. И сколь не была бы темна ночь, и сколь бы в ней не таилось ужасов, встретим мы рассвет, ибо милость твоя хранит нас.

Последняя свеча наконец была зажжена и капеллан закончил молитву, собираясь с мыслями в полной тишине, зная, что поступает правильно – уж лучше так, чем позволить ещё кому бесследно исчезнуть. Мужчина подхватил правой рукой плеть с тремя концами, на коих были серебряные наконечники, да окунул её в святую воду, после чего глубоко вдохнул и вновь прервал подвальную тишину, решившись наконец приступить к делу:
-Во мраке ночи, в сей поздний час! Бездна! Отвори свои врата! Яви на зов мой, что кровью обрамлен, свое созданье. Яви из царства Серакунум своего слугу, дабы служил он в мире живых! – пламя на свечах колыхнулось, чуть не погаснув, а языки его окрасились в иссиня-черный цвет, отчего освещение в подземелье стало существенно мрачнее, но капеллан продолжал, - Плоть к плоти, кровь к крови! Восстань же из праха, нечистая тварь! – огонь свечей разгорелся сильнее, словно маленький пиромант сидел внутри воска и старательно колдовал, а Утер же поднес факел к потрохам и поджег их, отчего те мгновенно вспыхнули благодаря маслу все тем же мрачным пламенем, - Да проложит скверна твой путь из клетки грешников в царство земное! Дитя нечистого, покажи себя!

Пламя тут же разошлось по узорам пентаграммы да с такой силой, что в подвале стало светло как днём, но вспышка была эта столь же ярка, как и коротка, а потому через мгновение, огонь вернулся в норму. Символы больше не полыхали, а практически сгоревшие останки свиньи превратились в некое подобие магмы, из которой резко высунулась костлявая рука бордового оттенка, коя словно что-то старательно пыталась поймать в воздухе. Наконец лапа опустилась на пол, а вслед за ней показалась и вторая – невиданная тварь словно выкапывала себя из могилы, пока жижа из сгоревшей хрюшки обволакивала её тело. То был бес. Низкорослый, тощий что сама смерть и кривая как первый клинок подмастерья кузнеца. Отвратительная морда принялась озираться по сторонам, пытаясь понять на кой её вытащили из прейсподни и кто. Черные глазенки широко распахнулись при виде капеллана и порождение скверны чуть не рухнуло от удивления:
- Ты не имеешь права! Вам запрещено! - Первое, что верещит дьяволенок, всё ещё не веря в происходящее.
Утер же, со взглядом полным презрения, взмахнул своей специально подготовленной под этот случай плетью и хорошенько приложился к богомерзкой твари, оставляя глубокие раны – уж что, а причинять боль инквизитор умел.
- Я здесь закон, отродье скверны! Именем господа, ты склонишься предо мной и Его волей! –Яростно воскликнул капеллан Манн и с этими словами бросил на каменистый пол факел да снял с пояса левой рукой молитвенник, пока разминал правую, в коей был хлыст. Хоть он и сам призвал эту тварь, но вот отношение к ней было у церковника такое же, как и к любой другой нечисти.
- Ваш Бог запрещает вам! Ваш орден запрещает тебе! - Все не унимался бес, обличительно тыкая в сторону церковника корявым пальцем и неуклюже хватаясь за раненый бок, надеясь, что сможет смутить члена инквизиции да по быстрому сбежать куда подальше.
Но мужчина словно не слышал нареканий в свою сторону, а потому, открыв молитвенник на нужной странице, он принялся за священное писание, наполняя свой дух святостью и мучая ею беса. Главное не слушать демонов, а гнуть свою линию. Вот что в первую очередь объясняли юным экзерцистам и Михаэль Корстон в свою очередь не забывал делиться этой мудростью и с Манном.
- И сказал Иссайя: "Неисповедимы пути господни! Но даже в самый хмурый час возлюби Его! И милостью своей он озарит тебя, даруя прощенье и силы нести крест на земле нашей грешной!"- С каждым предложением, капеллан взносил над бесенком плеть, что врезалась в материальное воплощение сущности, пока святое слово терзало его эфиральную половину.
-Склонись предо мной и Его светом, выродок скверны, ибо вера моя столь сильна, что даже тьму заставит служить ради высшего блага! Именем господа и Ордена Святой Инквизиции! Покорись мне!

Выродок бездны верещал словно осипшая утка, испытывая невообразимые муки, отчего отчаянно пытался сбежать, но каждый раз натыкался на невидимые стенки пентаграммы, кои от каждого прикосновения взрывались снопом ярких искр, что тут же истлевали в полумраке, и отталкивали призванную мерзость обратно в центр ритуального рисунка. Святое слово рвало сущность беса, пока крюки на плети разрывали кожу и мясо, что было цвета желчи.
Долго таких пыток дьяволенок не выдержал – слабый бишко был, а потому вскоре, распластавшись уже взмолился:
- Хватит! Хватит! Прошу! Чего тебе нужно? – словно плача обратился черт к своему мучителю.
- Служи во славу света и смягчу я твои страдания, нечестивая мразь. Но ежели вздумаешь плутать, так я устрою тебе ад, который ты и вообразить не можешь, господь свидетель! -  На этих словах, что все также были пронизаны праведным гневом, Утер уже отложил плеть и хорошенько зачерпнул ковшом святой воды из миски, кою плеснул на беса.
С очередным криком, страдалец схватился за свое лицо, кое от освященной воды запенилось так, словно плеснули на него кислотой, разрывая глотку в крике – благо, что стены были добротные, а потому с улицы они были не слышны.
-Назови себя, несечтивый! – Потребовал капеллан, демонстративно зачерпывая в ковш очередную порцию воды, на что тварь мигом вскинула руку, прикрываясь от инквизитора и неистово вереща:
-Тоторус! Меня зовут Тоторус! Не надо больше, не надо! Тоторус я!
Набрав воды, Манн было дернулся, словно хотел вновь обдать ею дьяволенка, который тут же начал пятится назад и уперся в незримую стену, которая его тут же с добротным всполохом отбросила обратно, а мужчина же лишь презрительно хмыкнул и сделал пару глотков из ковша, после чего продолжил сеанс душевных бесед:
-В Хорнкерсте, куда я тебя призвал благочестивые жители страдают от множества напастей. И интересует меня ведьма, что была тут сожжена крестьянами явно неумело, отчего происки её и по сей день мучают округу. Поведай мне, что за напасть поразила эти края, ведьма ли тому виной, иль что ещё? Приказываю тебе именем Господа и всех святых! - После этой фразы, заступник веры потянулся вновь к плети, а потому Тоторус поспешил ответил, явно не желая того, чтобы ему вновь прилетело от фанатика господня:
-Мне надо время!-Выкрикнул демон, причём вполне оправдано, никто и никогда не получал ответа сразу, ибо чтобы найти нужную информацию и правда нужно было потрудиться, особенно такой слабой сущности, что явилась на зов Утера.
-Оставь проход! Я скоро вернусь в этот мир! - Пропищал бес, опасливо поглядывая на плеть в руках инквизитора. Стимул у черта был хороший, уж лучше поскорее в бездну родную вернуться, чем под руку инквизиции попасться, по крайне мере таким сущностям как Тоторус.
-Проход оставить? За дурака меня держишь, ублюдок?! Уходи и служи мне и Единому, покуда я не передумал, а утром я вновь призову тебя, и уж лучше тебе принести мне вести, а не то ты познаешь гнев господень, мерзкая сволочь! – Крюки плети вновь вонзились в плоть беса, вырывая очередной кусок мяса, что спровоцировало ещё одну порцию визга, от которого уже начинало звенеть в ушах, уж слишком противный голос был у выродка, но что богомерзким отродьям страдания, то инквизиторам отрада.
-Ладно! Хорошо! – проверещал Тоторус и с позволения призывателя исчез с легким хлопком, оставляя после себя лишь пепел, а свечи же мгновенно погасли, так что подвал вновь освещался лишь факелом, который, кстати говоря, все так же и лежал на полу, что Утер поспешил исправить и вернул его в расселину на стене.
Он сделал то, что считал нужным.

Да, Манн призвал демона в услужение, но не он служил тьме, а тьма подчинилась ему во имя высшего блага. Но мандраж заступник веры все равно ощущал, он видел как призывают нечисть, он изгонял её, защищал изгоняющих, но вот чтоб призвать самому… Хотя, демонологи инквизиции наверное отнеслись бы даже с одобрением к такому подходу, ну уж с пониманием так точно.
-Чтоб тебя. – Тихо ругнулся мужчина и упал на колени, после чего зачерпнул из миски немного святой воды ладонью и умыл лицо, убирая при этом рукой волосы назад. Проморгавшись от капель, капеллан оголил торс, сложив вещи аккуратно рядом с собой да принявшись промывать плеть, и как только та была очищена от демонических ошметков, инквизитор вздохнул, стискивая зубы. Хорошенько замахнувшись, он приложился орудием пытки к своей спине, начав беспощадное самобичевание, которое продлилось почти до самого утра, подкрепляемое многочисленными молитвами об искуплении. Ему было не привыкать к боли, он уже давно истязал себя, закаляя тело и очищая дух, но странно было то, что ощущал он удары сейчас гораздо слабее, нежели обычно, хоть и была рука его тверда, как и всегда. Капеллан всей душой надеялся, что это знак господень о том, что поступил церковник верно, а потому Создатель милостив к страданиям, коими истязал себя слуга его.
За пару часов до рассвета, Утер отложил наконец плеть и облился водой церковной, смывая с себя кровь, да принялся бинтами приводить раны в порядок:
- Да прольется на меня свет создателя и уйдут прочь хвори и раны, дабы вновь мог нести службу во имя Его. И будет плоть также тверда, как и вера, что исцеляет и душу и плоть благом Создателя. – Подкрепил Манн свои лечебные старания молитвой и начал потихоньку одеваться, как ни удивительно, а чувствовал себя он вполне неплохо, даже хорошо, особенно после такой ночи.
Распрямив спину, отчего та слегка прохрустела, капеллан уселся подле прохладной стены и погрузился в чтение молитвенника, открыв тот на записях Клевина Благочестивого о том, что есть ересь. По сути, церковник пребывал в дилемме сам с собой, пытаясь трактовать свои действия с разных точек зрения, но махнул на это рукой, так как слишком много было нюансов, а потому:
-Бог мне судья. – заключил Манн и, закрыв священное писание, решил, что пора бы Тоторусу отчитаться о своих делах, а потому взял мужчина плеть, но на этот раз, подготовился получше, намереваясь выбить все дерьмо из беса, если тот не справился или решил схитрить:
-И наполнит сила Его клинки наши, и воссияют они священным пламенем! Да очистят они от скверны земли, испепеляя нечестивые отродья. Окрестят ангелы Его мечи наши, что повергнут врагов наших, как мы повергаем смуту духовную. И  понесем мы очищающее пламя на острие клинка, что обрушим праведным гневом на порождений скверны! – Молитва есть великая сила, только вот церковь и инквизиция способна превратить прошение в настоящее чудо – серебряные крючки на плети слегка засияли, словно переливаясь в лучах солнца, хотя того и в помине не было в подвале. Закончив чтение «ангельского клинка», капеллан принялся за повторный зов к бездне, благо что потрохов и крови хватало на второй призыв.


Вернуться к началу Перейти вниз
Утер Манн
Приключенец
avatar


Достижения :
Награды :
Нарушения : Чистая карма
Лик героя
Раса:: Человек (Тавантинец)
Ремесло:: Орден Святой Инквизиции
Звание:: Капеллан


Посмотреть профиль
СообщениеТема: Re: Деревенская околица   Пн 27 Фев 2017, 19:37
Как только капеллан повторил призыв, потроха провалились в пол, образовав бездонную дыру из которой шел невыносимый жар, а из самой же бездны медленно поднялся, словно паря, высокий человек в старинных одеждах. Лицом он был прекрасен как эльф, или даже эльфийка, но наверняка не разобрать было точно мужчина это или женщина. За спиной же у призванной твари были два изувеченных черных пернатых крыла.
Когда нечто поднялось на пядь выше уровня пола, дыра закрылась и исчезла вместе с жаром, а гость из бездны опустится на каменную поверхность.
Это ещё что? Неужто Тоторус решил ослушаться? Или это имя не беса, а этого выродка? А может ритуал прошел не так гладко? Господь всемогущий, да что же творится.
Нахмурив брови, Утер так и не смог выбрать достойный вариант происходящего, а потому лишь крепче сжал рукоять плети да грозно изрек:
— Назови себя, отродье бездны!
— У меня много имен. Какое из них назвать тебе, паладин? — абсолютно спокойно ответил неизвестный, взирая на служителя инквизиции взглядом, в котором читалось то ли безразличие, то ли снисходительность, впрочем, как и в его тоне.
— Я капеллан, а не паладин, нечисть ты проклятая, — негодовал Манн, слегка помахивая освященной плетью, — назови то, как кличут тебя чаще всего, нечистый!
— Кличут собак и прочую живность, смертный. И где твои манеры? Так ли ты разговариваешь с ангелом Творца? — наставительно заметил демон.
— С ангелом? — инквизитор презрительно сплюнул на пол, слегка усмехнувшись, — ты, отродье Сатаниэля, смеешь называть себя ангелом? — Манн одновременно с вопросом взял миску со святой водой да плеснул ею в призванную сущность.
— Я сотворен Творцом. Кстати, как и сам Сатаниэль, и Исайя и даже ты, человек... и никто кроме нашего Отца не вправе лишить меня этого! — слегка повысил голос падший и в подтверждение своих слов он расправил внушительные черные крылья, как раз в тот момент, когда Утер плескал в него водой. Та окатила лицо демона, чем смазала впечатление от его речи, но видимого вреда не нанесла.
— Мило... — сплюнув попавшую в рот воду, изрек демонюка, — ты лишний раз подтвердил мне, что человек неудачнейшее из творение Всевышнего. Ваше место по праву должно быть в Бездне...- Протянув руку, на которой в ту же секунду выросли длинные когти что напоминали несколько кинжалов эльфийской работы, он провел ими перед собой, оставляя в воздухе четыре светящиеся борозды, будто его отделяла от призывателя незримая преграда.
— Имя Творца защищает тебя, чтож, хотя бы вызов ты провел правильно.
Уголок губ капеллана слегка дернулся, видимо демон был явно выше "рангом", чем предполагал мужчина, а потому вода его и не взяла. Инквизитор был уверен, что пред ним был не ангел, а демон, ибо первые никогда не являлись на зов человека, предпочитая отсиживаться на небесах. Может эта тварь и была когда-то воином господнем в его царствии небесном, но вот творец сослал его в бездну, отчего крылья и потеряли свой изначальный белоснежный цвет.
Хотя бы вызов провел правильно, а что же тогда неправильно? Как же ты, мразь эдакая, просочилась?
-Худшее из творений? Осуждаешь единого, тварь? Только богомерзкий ублюдок, нечистое отродье скверны может так отзываться о Творце! Назови себя! Именем господа и ордена святой инквизиции! - Повелел капеллан, прикладываясь плетью к гостю из бездны, но вот только не суждено ей было достигнуть цели, ибо тотчас же орудие пыток испарилось, оставив на руке ожог, на что мужчина крепко стиснул зубы, шипя сквозь них. Боль была не адская, но крайне неприятная.
— Я отзываюсь не о Творце, я отзываюсь о том, кого Он создал. Ведь даже Творец не застрахован от ошибок, именно поэтому он создал нас, фелимов и авастаров - сделав нас своими помощниками. А ты, человек.... Ты даже не знаешь ВСЕЙ правды... Но довольно. — демон скрестил на груди руки, укутав себя крыльями словно плащом, — я не обязан тебе представляться, Утер Манн. Правила обряда не позволяют мне так просто уйти, поэтому ты задашь мне ОДИН вопрос, на который я отвечу. А теперь говори: Ты хочешь узнать что тебя ждет в будущем? Может тебе открыть тайну мироздания? Или ты по прежнему жаждешь узнать мое имя?

Плеть испепелил зараза. Да кто же ты такой? А может его как раз таки бес послал, чтобы этот ответ дал? Да, наверное… И как много он всего предлагает, ответ на абсолютно любой вопрос. Нет, хитрит тварь, нельзя верить демонам, всегда настаивай на своем! Не дай им себя запутать и служи во славу господню!
В человеческом лике явно читались ненависть и презрение к адской твари, и капеллан твёрдо решил, что не сойдет с намеченного пути, а потому задал тот вопрос, по которому и устроил всё это представление.
-Хорнкерст, что за напасть мучает жителей, кроме мертвецов, что за причина их бед и как её одолеть? – С неприязнью выдавил из себя заступник веры, морща лицо в гримасе ярости и поглядывая на обожжённую ладонь – демон явно был силен и прекрасно это осознавал.
- Это целых три вопроса. Но я отвечу. Эта напасть - Месть. Эта беда - Любовь. Одолеть не сложнее чем сжечь человека! А теперь до встречи, Утер Манн. И не поминай меня в молитвах.
-Пошел прочь. - Лишь отмахнулся капеллан, позволяя демону вернуться в бездну, который сразу же взмахнул крыльями и силуэт его растаял клубами дыма, растворившимся в воздухе. После себя гость оставил странный запах, как если бы инквизитор находился в цветочном саду и из окна кухни на него несло горелом мясом. Сильно горелым.

Плеснув на руку воды, мужчина перебинтовал её да подкрепил сие молитвой об исцелении, после чего принялся углем затирать пентаграмму призыва, попутно размышляя о том, что произошло и какие ответы были получены.
Неужели нельзя дать простой ответ на простой вопрос? Высокомерный ублюдок, демонское отродье, не зря тебя Создатель в бездну сослал. Ладно, чтоб тебе горелось до скончания веков. Месть значит. Кто-то или что-то мстит за кого-то или что-то? Допустим крестьяне и сожгли таки настоящую ведьму. А теперь за её смерть мстят. Её творение, ученик или любовник? Беда – любовь, собственно причина мести. Но это же демон, он запросто мог иметь под любовью, что угодно! Извращенное удовольствие от насилия например…
Закончив с углем, капеллан вылил остатки крови в черную мазню, а после залил все это дело маслом. Взяв в руку факел, Манн поджег следы ритуала, начав чтение об очищении:
-Да освятит Господь эту землю и озарит он её милостью своей, изгоняя всю скверну прочь, как рассвет гонит ночь. И тьма уйдет без следа, и будет чисто место сие, также как и вся земля, что была волей твоей сотворена…
Потратив ещё некоторое время на заметание следов, церковник наблюдал за огнем, что пожирал улики, попутно продолжая свои думы.
Не сложнее, чем сжечь человека. Прямая инструкция или метафора? Хорошо, что дьявольские наводки на сущих не указывают – уже отрада.
Подобрав с пола вещи, мужчина кинул последний взор на каменный пол, что почернел от огня, да направился прочь из подвала, нахмурив брови. Оставалось лишь идти на хутор.


Вернуться к началу Перейти вниз
Динджин
Пилигрим
avatar


Награды :
Нарушения : Чистая карма
Лик героя
Раса:: Человек (Тавантинка)
Ремесло:: Гильдейская волшебница
Звание:: Мастерица


Посмотреть профиль
СообщениеТема: Re: Деревенская околица   Сб 11 Мар 2017, 21:59
Разговор с инквизитором лишь более заставил Динджин анализировать происходящее и переосмысливать детали этого дела. Действия священнослужителя вызывали подозрительность  и недоверие со стороны особы аристократической крови, а ныне и вовсе она задумалась над поведением капеллана всерьез. 
"Факел, десяток свечей, бурдюк козей крови, горючее масло, уголь, свиные потроха, пара мисок, тряпье либо же бинты, кнут с тремя концами и серебряными зубцами на них..." - вновь мысленно перебирала написанный Утером список, вникая в назначение каждого в рамках сложившегося.
"Он сказал, что узнает о наличии духов и призраков...или сделает ловушку для нежити...Почему нутром я чувствую, что инквизитор действует путем обмана? Предположим, использование крови и потрохов для приманивания нежити допускается, но как он собирается узнавать о наличии духов при помощи них, да и как он собирается узнавать о призраках, если он всего лишь священник?! И зачем ему нужен для этого дом? Слишком много вопросов...Капеллан что-то не договаривает..." - леди Акаквирира лихорадочно пыталась воссоединить картину событий и раскрыть замысел инквизитора.
"Если допустить, что Утер врет, то тогда для чего могут понадобится кровь, потроха...а свечи...почему их так много, да и зачем? - мысли постепенно обретали образ возможной картины и Дин ощущала, что подбирается к ответу и наконец, когда ее взор устремился на вроде бы безобидный предмет, девушку словно озарило, - Кровь, потроха, свечи...Ритуал?! Неужели инквизитор якшается с нечистым или подозрения окажутся пустыми? Чтож, вскоре это будет ясно" - заключение аристократки заставило ее сомневаться еще больше в словах Утера.
"Но на этих землях люди Создателя служат светлым силам, а не демонову отродью и никто не имеет права возводить себя выше рангом и решать, что может плевать на трактуемые законы!" 
Случайно ли или по велению Всевышнего, но еще утром небо хмурилось, медленно заволакивая собой деревню, передавая свое пасмурное настроение на местных обитателей. Проливные дожди весной - редкое явление в этих краях, по крайней мере, Дин раньше на это не обращала внимания, до этих самых пор. Сегодня волшебнице предстояло сделать очень многое, а именно вывести на чистую воду служителя Ордена Святой Инквизиции. 
"С другой стороны, возможно, он действует ТАК во благо жителей... Но любыми средствами?! по крайней мере не тебе священнослужитель!" 
Весь остаток дня до встречи с инквизитором, колдунья работала со своей морозной сумкой. Колдунья предположила, что боеприпасы не помешают и заготовила еще десяток водяных сфер и полтора десятка ледяных сосулек, бережно укладывая их в хранилище. А когда настал нужный момент, отправилась на встречу с церковником. 
Всю дорогу девушка лишь внимательно слушала капеллана, не перебивая его и ожидая, когда тот допустит новую ошибку, отмечая для себя необычное, а таковое происходило.
"Не все духи любят являться служителям воли всевышнего а уж в компании колдуньи и подавно...Э...причем тут компания колдуньи, да и каковы истоки этих размышлений. Не припомню, чтобы церковники якшались с колдунами..." 
поэтому к дому лучше не подходите особо близко, а то спугнете ненароком это отродье...Что??? Колдунья спугнет духа, а святой служитель нет? Может я и не смыслю в происках некромантии, но и логической связи в данных суждениях тоже не наблюдаю. Остаться снаружи, а инквизитор будет чем-то заниматься внутри? Надейся, что твои действия тебя не выдадут!" - колдунья сопроводила взглядом инквизитора, а сама спряталась под крышу. Когда Утер скрылся из виду, войдя внутрь избы, колдунья соорудила возле себя лужу и стала пристально в нее смотреть. В ней она отчетливо видела мужчину перед собой. Это был Утер Манн. После чего церковник окунул в жидкость пальцы и начал разрисовывать свое лицо кровью в виде креста. 
"Сукин сын! Выходит, Оливер был прав. Тем хуже для тебя"  - Дин сокрушалась над происходящим, но продолжала следить за церковником, а тот продолжал свой ритуал. Теперь он взял уголь и начал им что-то водить по земле, затем достал потроха, зажег свечи и вскоре в зеркале девушки краем появилось омерзительное лицо слуги дьявола. Динджин наблюдала за всем происходящим, что творил инквизитор и не могла поверить в происходящее, хотя и сама мысленно обвиняла того во всем, но увиденное было не опровержимо для аристократки. 
"Чертов еретик!" - поняв, что внутри избы, священнослужитель призывает демонов, волшебница не стала задерживаться и немедленно вернулась в трактир. Оседлав коня, она выехала прочь из деревни. Обратно в Бризингер. 
"Теперь твою судьбу решат другие люди"

(переход в – Бризингер. Улицы)

(!):
 


Вернуться к началу Перейти вниз
 

Деревенская околица

Предыдущая тема Следующая тема Вернуться к началу 
Страница 1 из 2На страницу : 1, 2  Следующий

•Кликаем каждый день•
Поддержать форум на Forum-top.ruРейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOPPalantir
Права доступа к этому форуму:Вы не можете отвечать на сообщения
ФРПГ Амалирр :: Западный материк :: Империя Тавантин :: Ундервуд :: Хорнкерст-
На верх страницы

В конец страницы